|
09 февраля, 2010 (вторник, 00:13) Судьи и приставы прибегают к абсурдным отговоркам, оправдывая свой произвол
Вы пришли в суд на открытый процесс. Пришли задолго до начала заседания. Но вас не пустили... потому что вы опоздали. Именно к такому сногсшибательному выводу пришел руководитель петербургского Управления федеральной службы судебных приставов Владимир Гольцмер после того, как журналисты АЖУРа пожаловались ему на подчиненных, не пустивших репортеров в здание Смольнинского районного суда.
Лишние люди
6 ноября 2009 года журналист АЖУРа Анастасия Соколовская прибыла в Смольнинский суд, чтобы присутствовать на открытом процессе по делу, где обвиняемым проходил бывший заместитель начальника Управления следственных изоляторов питерского ГУ ФСИН Александр Довгополый. Корреспондент появилась в здании суда за полчаса (!) до начала заседания. Но, предъявив судебным приставам паспорт и служебное удостоверение, она услышала от охраны: "В 36-й кабинет сказано никого не пускать без повесток. Это распоряжение судьи Соболевой". Но журналиста не пустили не только в 36-й кабинет, но и в само здание суда. То есть лишили ее права присутствовать на процессе вообще - например получить информацию во время перерыва судебного заседания. Было похоже, что приставы слишком буквально восприняли распоряжение "не пущать!".
Судебных приставов пыталась убедить в недопустимости такого поведения прибывшая на этот же процесс адвокат Международной коллегии адвокатов Марина Юсупова. Но и это не помогло. В самый разгар демонстрации приставами их непримиримой позиции Марина Юсупова и корреспондент АЖУРа наблюдали, как в здание суда прибыли Александр Довгополый со своим адвокатом Евгением Шейным, а также защитник потерпевшего Вячеслава Гловацкого - Серафим Виноградов (запомним это обстоятельство!).
После инцидента были направлены запросы насчет законности действий приставов в адрес председателей Смольнинского районного суда, Санкт-Петербургского городского суда, Квалификационной коллегии судей Санкт-Петербурга, а также руководителя питерского УФССП Владимира Гольцмера.
Поразительно, но все инстанции в своих ответах прибегли к лукавству, прикрывшись одним и тем же фиговым листком: дескать, журналиста не пустили, поскольку она опоздала. Но при этом совершенно непонятно: как можно опоздать на процесс, придя на него раньше самого подсудимого?
Простые правила
В начале декабря пришел ответ из УФССП, где говорилось, что поводом недопущения журналиста стало то, что она "прибыла в здание суда после начала судебного заседания".
В письме из городского суда также упомянуто о том, что опаздывать не стоит: "Суд не препятствовал присутствию в судебном процессе тех лиц, которые могли разместиться в зале судебных заседаний. После начала заседания доступ всех посетителей в зал был прекращен". Но не в само же здание...
А председатель Смольнинского районного суда Виктор Шашкин своим письмом откровенно пристыдил журналиста АЖУРа: "Судебное заседание было открытым, и все, кто успел к началу судебного заседания, присутствовали при рассмотрении уголовного дела. Корреспондент, на которого Вы указываете, мог бы прибыть в судебное заседание вовремя, как это сделали другие лица, и получить полный доступ к любой информации непосредственно в зале судебного заседания".
Аналогичный смысл вложил в свой ответ и руководитель ФССП Владимир Гольцмер. Он рассказал о выводах, к которым пришел в результате специально проведенной проверки: "Представители прессы появились в здании суда уже после начала судебного заседания, о чем судебные приставы с поста, расположенного на входе, сразу же доложили судье. Чтобы не прерывать процесс (в этот момент подсудимому было предоставлено последнее слово), судьей было дано устное распоряжение не допускать прессу..."
Руководители вышеупомянутых ведомств, обвиняя журналиста в непунктуальности, упоминают про записи в журнале регистрации посетителей суда. Но в этом журнале никакой записи про Анастасию Соколовскую быть не может, так как ее не пустили в само здание Смольнинского районного суда! А если нет записи, то на основании чего сделан вывод о том, что журналист опоздала?
Единственная запись, на которую могут ссылаться руководители уважаемых ведомств, - это запись о появлении в здании суда подсудимого Александра Довгополого. Напомним, адвокат Марина Юсупова и корреспондент АЖУРа Анастасия Соколовская вместе наблюдали, как этот самый подсудимый проследовал во дворец правосудия. Более того, адвокат подсудимого Евгений Шеин и защитник потерпевшего Серафим Виноградов также подтверждают то, что корреспондент уже находилась у поста охраны Смольнинского районного суда в тот момент, когда они заходили в здание. Оба адвоката видели, что приставы не пустили журналиста на заседание по делу Довгополого из-за того, что им якобы соответствующее распоряжение дала судья Соболева.
В общем, официальные ответы официальных ведомств расходятся с информацией, имеющейся у журналиста. Если руководители авторитетных государственных учреждений в подобных "мелочах" позволяют себе лукавство, то о какой беспристрастности с их стороны можно говорить в более серьезных делах? Например, при вынесении приговоров?
Прямая речь
Марина Юсупова, адвокат Международной коллегии адвокатов:
- Я присутствовала в здании суда 6 ноября 2009 года и видела, как журналиста АЖУРа Анастасию Соколовскую судебные приставы не пускали на заседание по делу Александра Довгополого. Корреспондент действительно пришла в суд минимум за полчаса до заседания. Вместе с ней мы видели, как в здание суда вошел подсудимый в сопровождении своего адвоката.
Циничное утверждение руководства УФССП о том, что причиной недопущения журналиста стало его опоздание, - это наглядный пример того, как система защищает сама себя, независимо от реального положения дел, даже по мизерному поводу. Тот факт, что абсолютно то же самое утверждает и судейское сообщество, - наглядный пример того, что наше общество далеко от демократического и имеет ложное представление о защите чести мундира.
При этом я как адвокат хочу обратить внимание, что в этой ситуации оказался не простой рабочий с Кировского завода, а журналист крупнейшей в регионе медиагруппы, который, в принципе, защищен не только законом, позволяющим присутствовать на открытом процессе любому гражданину, но и законом о средствах массовой информации.
Мария Стрижевская
Источник: kadis.ruАвтор: PRAXIS |
|
|
|