|
25 марта, 2009 (среда, 00:12) Разрешите доложить? Самая «антикризисная» профессия в России – чиновник
На минувшей неделе «Росстат» опубликовал сенсационные данные: за последние 10 лет армия чиновников увеличилось почти в два раза. Так, к 1 октября 2008 года количество должностных лиц всех уровней государственной власти достигло 846 тыс. человек (в 1,74 раза больше, чем по состоянию на 1 января 1999 г.) Заметьте: это без учета правоохранительных структур, армии и служб безопасности. «Муниципальная элита» сюда также не вошла.
Номенклатурная опухоль
Складывается впечатление, что чиновничество в России становится не только «профессиональным цехом», но и кастой, дающей пропуск в мир материальных благ. В советские времена номенклатура и офицерский состав Вооруженных сил составляли 0,1% от численности населения. В России же в 2000 г. эта категория граждан составляла уже 0,8% населения (1,2 млн при численности населения 145 млн человек), а нынешний год страна встретила уже с 3 млн чиновников государственного и муниципального уровней, а также офицеров.
Удивителен и рост бюрократии на местах: чем меньше реальной власти у регионов и муниципалитетов, тем больше их аппарат. Штат региональных чиновников за последние 10 лет увеличился в 2,25 раза, муниципальных – в 2,07 раза. Численность федеральных госслужащих возросла в 1,6 раза.
Вероятно, росту армии чиновников на местах способствует реформа местного самоуправления , создавшая огромное количество экономически нежизнеспособных, но аппаратно оформленных муниципальных образований. Например, в Вологодской области муниципалитетов стало более 300, в Петербурге – 111. У каждого из этих формирований есть разветвленное руководство, секретари, водители и обслуживающий персонал. Как говорил классик, чей юбилей мы будем скоро отмечать: «Сто тысяч одних курьеров».
Эффективность муниципального управления у нас минимальна: местные бюджеты формируются только за счет подоходного налога с жителей, налогов на имущество предприятий и землю. Ставки налогов ограничены на федеральном уровне, причем стоит отметить, что налоги на собственность в России – одни из самых низких в Европе. В таких условиях говорить о сколь-нибудь реальной отдаче от местного самоуправления нелепо.
Для сравнения: в 23-тысячном французском городке Жюи Ле Мотье, где автор этих строк совсем недавно побывал, штат мэрии составляет лишь несколько человек. При этом муниципалитет имеет солидные источники финансирования и занимается реальным благоустройством «спального» городка (почти все его жители работают в Париже).
Не хлебом единым
Раз уж завели мы речь о Франции... Спросите рядового парижанина, с каким словом у него ассоциируется слово «Россия», и услышите уверенный ответ: «Коррупция». Тамошняя пресса изобилует статьями о богатых русских чиновниках и их родственниках, покупающих дорогую недвижимость, и о том, что всякий русский, приезжающий на постоянное жительство в страну Вольтера и Руссо, – потенциальный взяточник. Недавно «попалась» одна муниципальная чиновница российского происхождения, поставившая буквально на поток процесс выдачи бесплатного жилья за взятки. Боролось с этим французское общество на протяжении последних 200 лет, боролось, а тут на тебе! Плоды трех революций и Парижской коммуны псу под хвост!
Спустившись с высот Монмартра на российскую равнину, можно прийти к более неутешительному общему выводу: тяга к взятке становится не просто «фирменным стилем», но и настоящей «раковой опухолью» нашего общества. И в первую очередь системы российского государственного управления.
По данным Национального антикоррупционного комитета, общая сумма взяток в России доходит до 300 млрд долларов в год – это около четверти объема отечественного ВВП. До 60% взяток дают «откаты» в системе госзакупок и выделения квот. Напомним, что международная неправительственная организация по противодействию коррупции Transparency International поставила Россию на 147-е место по уровню коррумпированности. Рейтинг составлялся по принципу «от хороших – к плохим», всего было обследовано 180 государств. Первые строчки (самых некоррумпированных стран) занимают скандинавы.
По мнению экспертов, финансовый кризис только усугубит ситуацию: объемы взяточничества будут расти, т. к. на борьбу с кризисом выделяются огромные бюджетные средства . Действенной же системы контроля за их расходованием нет. «У наших чиновников выработано некое понимание своего уровня жизни, ниже которого они не могут опускаться», – говорят аналитики.
Номенклатура, таким образом, стала у нас основой среднего (обеспеченного) класса. Понятно, почему любая попытка сокращения государственного аппарата на Руси заведомо обречена на провал. Как показал опыт последних административных реформ, число госслужащих в результате не сокращается, а, наоборот, возрастает. Как это получается – одному богу известно (хотя о некоторых подобных «технологиях» наша газета уже писала).
Воротнички вместо медведей
Экономические аналитики уже не первый год ломают голову над проблемой: если исключить сырьевую составляющую, то с чем наша страна будет входить в мировую экономику XXI века? Получается, что с коррупцией и непрофессионализмом управленцев, с пассивностью населения и полным нежеланием что-либо менять.
Меж тем стоит отметить, что современная экономика – это не только станки с программным управлением. А повсеместный Интернет, красивые супермаркеты и автомобили заграничных марок – вовсе не показатель модернизации общества.
Современная экономика – это в первую очередь образ мысли, мобильность в принятии решений, профессионализм и компетентность в своей сфере. Черты, явно не свойственные отечественной номенклатуре. А ведь именно на нее (в силу ее материальной обеспеченности) равняются едва ли не все, кто хочет получить «теплое место» и достойный уровень доходов. С учетом же роста безработицы во многих регионах РФ государственная или муниципальная служба становится, пожалуй, единственной возможностью воплотить мечты о карьерном росте. И вообще о стабильной зарплате.
В этих условиях взяточничество воспринимается как естественная система принятия управленческих решений. Наша, русская, как самовары и водка. Находятся и те, кто активно ругает «всякие европейские пути развития», предполагающие однозначную борьбу с мздоимством. И многим до сих пор не ясно, что именно степенью коррумпированности будет определяться соответствие России европейским нормам жизни, а вовсе не денежным доходом на душу населения.
Выскажем смелую гипотезу: а что если номенклатура на Руси разрастается не столько для обслуживания населения, сколько в качестве «острова кадровой стабильности» в кризисной стихии? Что ж, эксперимент удался: образ зажиточного и коррумпированного чиновника, а вовсе не медведя и даже не матрешки с балалайкой, становится «фирменным» для России во всем мире.
Александр Вертячих
Санкт-Петербургские Ведомости
Источник: kadis.ruАвтор: PRAXIS |
|
|
|