Избирательное право
ЮрКлуб - Виртуальный Клуб Юристов
МЕНЮ> Избирательное право

Новости
НП ЮрКлуб
ЮрВики
Материалы
  • Административное право
  • Арбитражное право
  • Банковское право
  • Бухучет
  • Валютное право
  • Военное право
  • Гражданское право, коммерческое право
  • Избирательное право
  • Международное право, МЧП
  • Налоговое право
  • Общая теория права
  • Охрана природы, экология
  • Журнал "Право: Теория и Практика"
  • Предприятия и организации, предприниматели
  • Соцсфера
  • Статьи из эж-ЮРИСТ
  • Страхование
  • Таможенное право
  • Уголовное право, уголовный процесс
  • Юмор
  • Разное
  • Добавить материал
  • Семинары
    ПО для Юристов
    Книги new
    Каталог юристов
    Конференция
    ЮрЧат
    Фотогалерея
    О ЮрКлубе
    Гостевая книга
    Обратная связь
    Карта сайта
    Реклама на ЮрКлубе



    РАССЫЛКИ

    Подписка на рассылки:

    Новые семинары
    Новости ЮрКлуба


     
    Партнеры


    РЕКЛАМА



    Реклама на ЮрКлубе





    Добавлено 29.05.2003

    Комментарии к парламентскому запросу № 3742-III ГД от 19.03.2003 г.

    Олег Гаврюшенко
    digestus@mail.ru

    Нарушения избирательного законодательства при проведении выборов Главы города-героя Новороссийска условно можно разделить на нарушения, отраженные в парламентском запросе № 3742-III ГД от 19.03.2003 г., и иные, как допущенные во время, охватываемое указанным запросом (конец ноября 2002 г. – 19.03.2003 г.), так и в последующий после направления запроса период (19-23 марта 2003 г.).
    Собственно запрос посвящен следующим группам нарушений.
    1. Пренебрежение принципом независимости Временной избирательной комиссии г. Новороссийска, допущенное Крайизбиркомом при ее формировании, включая вопросы:
    1.1. беспрецедентной малочисленности состава временной комиссии;
    1.2. кулуарности (закрытости) ее работы;
    1.3. игнорирования предложений политических партий и общественных объединений при ее формировании;
    1.4. юридической безграмотности ее членов;
    1.5. абсолютной зависимости Комиссии и ее председателя от исполнительных органов края и вышестоящей комиссии; и, как следствие,
    1.6. вмешательство указанных органов в ее деятельность.
    2. Нарушение Комиссией установленной для нее законом компетенции, принципов и норм избирательного права, отразившиеся в ее решениях:
    2.1. об утверждении формы подписных листов;
    2.2. о заверении подписных листов печатью Комиссии;
    2.3. об отказе в регистрации по подписям, ввиду сомнительной подлинности оттисков печати Комиссии на подписных листах;
    2.4. о присвоении Комиссией вопроса формирования участковых комиссий, минуя компетенцию территориальных комиссий;
    2.5. а равно в бездействии Комиссии по своевременному представлению сметы и иных документов, необходимых для решения вопроса финансирования выборов; и
    2.6. уклонении Комиссии от рассмотрения оправдательных финансовых документов одних кандидатов, вопреки принятию аналогичных документов других кандидатов).
    2.7. нарушении процедур получения изготовленных типографией бюллетеней.
    3. Судебный произвол в делах, вытекающих из избирательных правоотношений (при рассмотрении дел № 2-447-03 и № 2-448-03 отдельные кандидаты противоправно были лишены судом возможности защищать свои избирательные права).
    4. Нарушения принципов и норм избирательного права Синяговским В.И., вылившиеся в проведении безальтернативной избирательной кампании этим кандидатом выражены в ниже перечисленных обстоятельствах.
    4.1. злоупотреблении должностным положением;
    4.2. нарушениях условий проведения предвыборной агитации через СМИ;
    4.3. нарушениях правил финансирования избирательной кампании.
    5. Деструктуризация конституционного принципа разделения и разграничения властей, выразившаяся в нарушении исполнительными органами государственной власти субъекта РФ полномочий населения самостоятельно избирать единоличный исполнительный орган местного самоуправления.


    Исходные полагания.
    Как следует из логики и текста запроса (абз. 17 и 18) усиление влияния на избирательный процесс органов исполнительной власти субъектов РФ в ходе избирательной кампании муниципального уровня – создает, по мнению законодателя, опасную тенденцию абсолютной зависимости избирательных комиссий и судов от этих органов. Такие интенции противоречат как конституционным принципам разделения и разграничения властей по ветвям и уровням, так и непосредственному осуществлению народовластия жителями города-героя Новороссийска.
    Поэтому, в основу депутатского запроса были положены не некоторые безусловные нарушения требований закона, допущенные тем или иным субъектом избирательных правоотношений (хотя такие указания то же есть), а превратное понимание правоприменительными органами отдельных норм и принципов, позволившее им при проведении выборов извратить действительную волю федерального законодателя в собственных целях. Будучи вырванными из контекста Федерального закона[1], Конституции РФ, закрепленных в ней идей правового демократического государства и верховенства власти народа, эти нормы стали приобретать значение, которое не соответствует ни их действительному смыслу, ни духу закона, ни конституционным основам Российской государственности. Поэтому нарушения федерального избирательного законодательства, вызванные неправильным его применением при выборах Главы г. Новороссийска, а равно массовость этих нарушений - вызывают основную озабоченность депутатов Госдумы.
    Исходя из гарантируемой государством защиты демократических принципов и норм избирательного права (преамбула ФЗ), с одной стороны, и положения Госдумы в структуре государственной власти, с другой стороны, следует признать, что значительная часть обстоятельств, отраженных в парламентском запросе, содержит в себе определенное негативное отношение законодателя к тому, что при организации и проведении местных выборов правоприменительные органы и исполнительные органы власти субъекта РФ фактически проигнорировали основополагающие принципы и нормы избирательного права, закрепленные в Конституции РФ и в Федеральном законе.
    Например, указанные в запросе недостатки в формировании Временной избирательной комиссии г. Новороссийска (абз. 2-4), хотя по отдельности и не содержат прямых нарушений требований Федерального закона, в то же время признаются законодателем как не соответствующие закону, той правовой идее, которую он вложил в нормы этого закона. Аналогичная позиция занята им и в отношении участия в муниципальных выборах под тем или иным предлогом высокопоставленных чиновников краевого ранга, распоряжающихся, в силу своего должностного положения, значительными организационными, финансовыми и информационными ресурсами. Очевидно, что вне зависимости от того, какими оправдательными документами было оформлено пребывание в избирательном округе во время выборов представителей исполнительной власти более высокого уровня – руководителей профильных для выборов направлений - расценивается законодателем крайне негативно, поскольку их участие не исключает умышленного или неосторожного, но все же стороннего воздействия на формирование волеизъявления избирателей, на соблюдение их Комиссией норм и принципов избирательного права.
    Любое же стороннее воздействие, с какими бы намерениями оно не осуществлялось - не соответствует ни конституционным основам народовластия, ни избирательному законодательству, принятому в обеспечение права рядовых избирателей муниципального образования г. Новороссийск самостоятельно избрать своего Главу.
    О фактах, изложенных в запросе.

    1. Пренебрежение принципом независимости Комиссии (п. 12 ст. 20 ФЗ), допущенное Крайизбиркомом при ее формировании, выразились в следующем.

    1.1. Во исполнение решения Краснодарского краевого суда от 04.01.2003 г. о назначении выборов главы г. Новороссийска на 23.03.2003 г., вынесенного по заявлению городской Думы г. Новороссийска, Крайизбирком своим постановлением от 09.01.2003 г. № 836-П "О формировании временной избирательной комиссии муниципального образования г. Новороссийска" сформировал указанную Комиссию в количестве 5 чел.
    По правилам п. 5 ст. 10 ФЗ временная Комиссия формируется в количестве не более 15 чел. При этом п. 6 ст. 24 ФЗ в отношении количественного состава Комиссии муниципального образования отсылает к краевому закону или уставу г. Новороссийска, которые, в свою очередь, соответствующих положений не содержат. Однако, исходя из того, что нижестоящие территориальные комиссии формируются в количестве от 5 до 9 чел. (п. 5 ст. 26 ФЗ), а вышестоящий Крайизбирком – от 10 до 14 чел. (п. 4 ст. 23 ФЗ), и, наконец, ЦИК РФ - в количестве 15 чел., следует предположить, что временная Комиссия муниципального образования могла быть сформирована в соответствии с новым ФЗ в количестве от 9 до 15 чел. Даже абз. 1 ст. 13 Временного положения о проведении выборов депутатов представительных органов местного самоуправления и выборных должностных лиц местного самоуправления в субъектах РФ, не обеспечивших реализацию конституционных прав граждан РФ избирать и быть избранными в органы местного самоуправления, утвержденного ст. 5 Федерального закона 26.11.1996 г. № 138-ФЗ "Об обеспечении конституционных прав граждан РФ избирать и быть избранными в органы местного самоуправления", частично закрывающий пробел в краевом и городском законодательстве, предусматривает, что избирательная комиссия муниципального образования формируется в составе не менее 7 членов.
    Следовательно, в соответствии с буквальным толкованием норм федерального законодательства численность Комиссии должна была составить от 7 до 15 человек. Решение же Крайизбиркома о ее формировании всего лишь из 5 человек не может быть признано соответствующим закону, поскольку это решение основано на подзаконных актах, которые в части численного состава Комиссии уже не соответствуют федеральному закону.
    Практика формирования территориальных комиссий в г. Новороссийске и избирательных комиссий в других округах, в том числе на недавно прошедших выборах в ЗСК (24.11.2002 г.) также подтверждает, что избирательные комиссии в крае, как правило, формируются в максимально допустимом количестве. Применение такого подхода выглядит обоснованно и для Новороссийска, в избирательном плане состоящего из 4 территориальных и 112 участковых комиссий, объединяющего не только сам город, но и близлежащие сельские, хуторские и поселковые населенные пункты, а также насчитывающего почти 200.000 избирателей. Очевидно, что для такого сложного избирательного округа как Новороссийск формирование Комиссии в количестве лишь 5 человек, действительно, беспрецедентно малочисленно.
    Сформированная в таком составе Комиссия априори не могла создать дееспособные рабочие группы для предварительного рассмотрения вопросов, в целях их оперативного разрешения. То же, что декларировалось в этой Комиссии как рабочие группы – таковыми по существу не являлось, - поскольку в каждую из этих групп входили все те же 5 членов Комиссии. Естественно, что никакого предварительного рассмотрения того или иного вопроса в целях оперативного реагирования на жалобы, заявления и иные предвыборные ситуации, подобные рабочие группы не решали и решить не могли в принципе. Тем не менее, в обоснование значительной часть важнейших решений Комиссии положены результаты, полученные рабочими группами – по существу самой же Комиссией.
    Не состоятельны и доводы отдельных членов Крайизбиркома (Бурлачко Ю.А.) о том, что, принимая решение о формировании Комиссии в минимально допустимом составе, Крайизбирком исходил из того, что в избирательном округе уже существовали постоянно действовавшие территориальные комиссии, что, по мнению Крайизбиркома, существенно "разгружало" загруженность Комиссии. Подобная логика противоречит требованиям п. 10 ст. 24 и п. 9 ст. 26 Федерального закона, согласно которым компетенция избирательной комиссии муниципального образования существенно отличается от компетенции территориальной комиссии. На комиссии разного уровня законодателем возложено исполнение совершенно разных полномочий, как по кругу вопросов, так и по территории деятельности. Поэтому максимальное комплектование комиссий нижестоящего уровня не дает ни правовых, ни логических оснований для минимизации состава вышестоящей комиссии. Подобный "здравый смысл" не соответствует и тому факту, что сам Крайизбирком, так же как и практически все нижестоящие комиссии в крае, сформирован в максимальном составе. Исключение составляет лишь временная Комиссия в г. Новороссийске.

    1.2. Отмеченный в депутатском запросе закрытый характер деятельности Комиссии, противоречащий требованиям п. 5 ст. 3 и ст. 30 ФЗ, преобладал на протяжении всей наиболее активной части избирательной кампании (выдвижение, регистрация кандидатов), что подтверждается следующими обстоятельствами:
    1.2.1. Телевизионные СМИ, участвовавшие в освещении выборов, в нарушение требований п. 1 ст. 30 ФЗ были фактически лишены возможности осуществлять видеосъемку наиболее значимых заседаний Комиссии, как в силу заведомой неприспособленности к тому помещения, занимаемого Комиссией, так и в силу прямых запретов на ее проведение, звучавших как от председателя, так и от других членов Комиссии. Отдельные дозволения тележурналистам лишь присутствовать на заседаниях, без выполнения своей основной функции – видеофиксации всех происходящих событий – в контексте истребуемой законом гласности деятельности избирательных комиссий и предоставляемого СМИ права освещать их деятельность, выступают не исполнением закона, а фарсом в отношении законности.
    Необходимо отметить, что в день голосования Комиссией аналогично была организована и деятельность участковых комиссий, когда отдельным СМИ, например, съемочной группе ООО "Югмедиатрек", сотрудники милиции и члены участковой избирательной комиссии № 37-27, призванные обеспечивать соблюдение законности на участке, под угрозой насильственного понуждения воспрепятствовали присутствовать при работе комиссии. В силу требований п. 1, п. 3 ст. 30 и п. 4 ст. 45 ФЗ подобные действия являются грубейшим нарушением норм и принципов избирательного права, что запрещено законом.
    1.2.2. Отдельным кандидатам Комиссия отказывала в предоставлении копий принимаемых ею решений, безосновательно исключив из понятия работы с документами, связанными с подготовкой и проведением выборов, право изготовления и получения копий решений Комиссии. Примером попрания принципов гласности и публичности деятельности избирательных комиссий может служить ответ Комиссии кандидату Рудакову Л.В. от 31.01.2003 г. № 44/ВИК, согласно которому указанному кандидату было безосновательно отказано в получении копии испрашиваемого им решения Комиссии.
    1.2.3. Так же беспардонно, с нарушениями требований п. 5 ст. 3 и пп. е) п. 9 ст. 30 Федерального закона и грубейшим попранием принципа гласности в деятельности избирательных комиссий присутствовавшим на выборах международным наблюдателям было отказано Комиссией в предоставлении копий истребуемых ими документов, связанных с проведением выборов. Игнорирование прав международных наблюдателей отражено в их обращении к Председателю Центризбиркома.
    1.2.4. Аналогичное нарушение требований пп. г) п. 23 ст. 29 Федерального закона связано с уклонением и последующим не предоставлением копий документов члену Комиссии с правом совещательного голоса.
    В удовлетворении устной просьбы, обращенной 13.02.2003 г. к секретарю (Терещенко Г.И.) и председателю (Кода А.А.) Комиссии предоставить новому члену Комиссии светокопии жалоб и заявлений, поступивших от избирателей и кандидатов в адрес Комиссии, рассмотрение которых было назначено на 14.02.2003 г., а также светокопий документов, связанных с первой финансовой отчетностью кандидатов, - было отказано со ссылкой на, якобы, имеющееся решение Комиссии не выдавать кому-либо копии находящихся в ее распоряжении документов на руки, в том числе не заверять их и не позволять выносить их за пределы помещения Комиссии.
    В отсутствие надлежащим образом оформленного решения Комиссии не предоставлять копии связанных с выборами документов членам Комиссии с правом совещательного голоса, в первой половине 14.02.2003 г. в адрес председателя (Кода А.А.) было направлено уже письменное ходатайство предоставить до начала заседания (16-00) светокопии ранее истребованных документов. И это ходатайство не было удовлетворено своевременно и надлежащим образом со ссылкой на то же эфемерное решение Комиссии: копии не выдавать. При этом в отношении банковских документов, связанных с первой финансовой отчетностью кандидатов, секретарем Терещенко Г.И. было устно сообщено, что они еще не поступали из уполномоченного 68-го отделения Сбербанка России в Комиссию. Из телефонных переговоров с заместителем руководителя банком выяснилось, что копии всех финансовых документов были представлены в Комиссию еще 12.02.2003 г. На что Терещенко Г.И. сообщила, что испрашиваемые документы вывезены заместителем председателя Комиссии (Меркулов П.А.) в уполномоченный банк, якобы, для сверки, хотя законодательством какая-либо "сверка" не предусмотрена. Противоречат коллегиальному характеру деятельности избирательной комиссии и самостоятельные действия кого-либо из ее членов, тем более в отношении финансовых документов кандидатов.
    Ввиду 5-дневного бездействия председателя Комиссии 17.02.2003 г. в Прокуратуру г. Новороссийска было направлено заявление о привлечении Кода А.А. к ответственности по ст. 5.6. КоАП РФ в порядке п. 1 ст. 28.4. КоАП РФ, поскольку в нарушение требований п. 5 ст. 28.3. КоАП РФ ни один из членов Комиссии не был уполномочен ее решением на составление протокола об административном правонарушении. По факту обращения в Прокуратуру Кода А.А. письменно уведомил заявителя о наличии него права получения копий документов Комиссии, на своевременной реализации которого он настаивал все это время (исх. № 110/ВИК от 18.02.2003 г.). Об этом праве и голословности заявленных фактов 21.02.2003 г. сообщил Прокурору города и Меркулов П.А. (исх. №122/ВИК). Истребуемыми заявителем копиями документов эти отписки не сопровождались.
    Примечательно, что и Прокуратура (исх. № 7244-03-339 от 21.02.03) игнорируя то, что письменное обращение к Комиссии о предоставлении копий документов (само по себе является нонсенсом при законосообразной организации работы избирательного органа) рассматривалось вплоть до подачи заявления в Прокуратуру, а не сопровождающий каких-либо из испрашиваемых документов ответ-отписка на него, возник только после обращения в Прокуратуру, - тем не менее, не усмотрела в бездействии председателя Комиссии правонарушения, охватываемого диспозицией ст. 5.6. КоАП РФ.

    1.3. По вопросу игнорирования Крайизбиркомом предложений политических партий и общественных объединений при формировании Комиссии считаю необходимым отметить, что надуманное Крайизбиркомом минимально допустимое количественное полагание членов Комиссии лишь декларативно обосновано положениями п. 6 раздела 1 Методических рекомендаций ЦИК России, утвержденных постановлением № 156/1373-3 от 12.07.2002 г.
    По сути же данное решение Крайизбиркома было направлено вовсе не на добросовестное и разумное соблюдение рекомендаций вышестоящего органа, а на формирование кулуарной Комиссии-времянки, как уже отмечалось выше, "закрытой" для большинства избирателей. Аналогично от деятельности Комиссии оказались отстранены и действующие в избирательном округе политические партии, объединения и блоки, в первую очередь - за счет минимизации ее состава.
    Вместе с тем решение о формировании Комиссии в минимально допустимом составе противоречит правилам п. 4 ст. 22 Федерального закона, согласно которым в избирательную комиссию определенного уровня назначается по одному представителю от каждой политической партии, избирательного или иного общественного объединения, блока, предложивших свои кандидатуры. Совершенно очевидно, что правило представительства каждой крупной партии, объединения или блока, содержащееся в указанной норме, подлежащее применению в совокупности с конституционными принципами равенства, свободны и всенародности выборов, - было проигнорировано в отношении таких общеизвестных избирательных блоков как "Блок Жириновского", "Единство (Медведь)", "Отечество – Вся Россия", политических партий НПРФ и ДПР, а также общественных объединений ("Единство (ветераны Чечни)", "Отечество (Кондратенко)", "Лига граждан с чистой совестью") - чьи представители были отклонены Крайизбиркомом по совершенно надуманным основаниям – недостатка им же определенного количества мест в составе этой Комиссии.
    Таким образом, если бы Крайизбирком, принимая решение о формировании Комиссии, действительно исходил из демократических принципов и норм избирательного права, а не прикрывался ими, изображая создание самостоятельной и независимой от органов государственной власти и местного самоуправления избирательной Комиссии (п. 12 ст. 20 ФЗ), - включение представителей перечисленных выше политических организаций довело бы количественный состав этого органа до вполне работоспособного показателя, позволяющего создавать реальные рабочие группы, принимать действительно коллегиальные решения, своевременно и в соответствии с законом рассматривать жалобы и заявления избирателей, других участников выборов. Однако факты указывают на то, что все было сделано с точностью до наоборот.

    1.4. В отношении юридической безграмотности членов Комиссии с правом решающего голоса необходимо отметить, что положения абз. 4 раздела 7 Методических рекомендаций ЦИК РФ (постановление № 156/1373-3 от 12.07.2002 г.), на которые цинично ссылается Крайизбирком в своем решении о формировании Комиссии, однозначно рекомендуют включать в состав именно временных комиссий лиц, имеющих высшее юридическое образование. Не менее 3-х кандидатов соответствовали методическим указаниям Центризбиркома. Однако рекомендации ЦИК РФ были полностью проигнорированы Крайизбиркомом, без какого-либо указания действительно значимых причин или легитимного обоснования отказа (уклонения) от включения в состав Комиссии юристов.
    При этом доводы отдельных членов Крайизбиркома, о том, что подобные методические рекомендации не имеют нормативного характера и потому безнаказанно могут не применяться, основаны на гражданско-правовом принципе: "Разрешено все, что не запрещено". Однако в правовом государстве на властные отношения, основанные на правиле: "Разрешено только то, что разрешено", вышеприведенный догмат цивилистики не распространяется.
    Согласно п. 10 ст. 20 ФЗ решение вышестоящей комиссии (Центризбирком), принятое ею в пределах своей компетенции, обязательно для нижестоящей комиссии (Крайизбирком). Оказание методической помощи нижестоящим комиссиям, согласно пп. е) п. 9 ст. 21 ФЗ, входит в компетенцию ЦИК РФ. Следовательно, решение ЦИК РФ, связанное с реализацией ее компетенции в сфере методической помощи, выраженное в форме постановления этого органа, имеет для нижестоящих комиссий существенное организационное значение и потому уклонение или неисполнение нижестоящей комиссией рекомендаций вышестоящей комиссии должно иметь весьма веские основания невозможности соблюдения этих рекомендаций при сложившихся обстоятельствах. Однако решение Крайизбиркома о формировании Комиссии каких-либо ссылок на обстоятельства, освобождающие его от соблюдения этих рекомендаций Центризбиркома, - не содержит.
    Последствия формирования Комиссии в обход рекомендаций Центризбиркома о приоритете привлечения юристов наиболее наглядно отражены в нарушениях законодательства, допущенных Комиссией при принятии отдельных решений, о которых речь пойдет ниже - в подпунктах пункта 1.2. В контексте же нарушения принципа независимости Комиссии, попранного Крайизбиркомом при ее формировании, необходимо отметить, что при исполнении обязанности по рассмотрению обращений о нарушении закона (п. 4 ст. 20 ФЗ) практически ни одно из таких рассмотрений не обходилось без консультаций представителей Крайизбиркома - Бурлачко, Михеева, Пшенисной, Турищевой, - которые не только активно консультировали председателя и его заместителя, но и принимали личное участие в подготовке проектов и окончательных редакций решений Комиссии (Михеев, Пшенисная диктовали машинистке тексты или набирали их самостоятельно).
    Уже накануне выборов, когда Комиссии было представлено заявление о нарушении 21.03.2003 г. Синяговским В.И. правил проведения предвыборной агитации с приложением бесспорно подтверждающих нарушение видеоматериалов (в нарушение требований пп. г) п. 7 ст. 48 ФЗ и п. 5 ст. 4 Федерального закона "О свободе совести и религиозных объединениях" его агитационные плакаты были размещены за день до проведения выборов на строениях местной православной религиозной организации – прихода Свято-Успенского кафедрального собора г. Новороссийска), не стесняясь присутствия заявителя, представителей Центризбиркома, международных наблюдателей и СМИ, А.А. Кода открыто спрашивал у И.В. Михеева, какое решение ему следует принять по данному факту.
    Примечательно, что, удостоверившись в бесспорности доказательств нарушения Синяговским В.И. правил проведения предвыборной агитации 22.03.2003 г. Комиссия, без проведения собственной проверки, вмененной ей требованиями п. 4 ст. 20 Федерального закона, передала эти материалы в Прокуратуру, к компетенции которой проведение проверки соблюдения отдельными кандидатами законодательства о выборах не относится. До настоящего времени решение по существу указанного в заявлении нарушения не принято.
    Следовательно, выборы Главы г. Новороссийска де-факто осуществляли не беспомощные и некомпетентные члены Комиссии, а представители Крайизбиркома, контролировавшие практически все рассматриваемые Комиссией вопросы и принимаемые ею решения. Комиссия же выступала лишь внешней формой, которой обеспечивалось лишь примитивно формальное соблюдение законности. Конституционная же сущность свободных демократических выборов при такой организации их проведения была, безусловно, попрана (нарушена).

    1.5. На абсолютную зависимость Комиссии от исполнительных органов края и Крайизбиркома определенно указывают:
    1.5.1. Описанное выше (пп. 1.1.4) постоянное участие представителей Крайизбиркома (Михеев, Бурлачко, Турищева, Пшенистова) в текущей деятельности Комиссии, принимаемых ею решениях.
    1.5.2. Избрание председателем Комиссии директора ФГУ "Новороссийский центр стандартизации, метрологии и сертификации" Кода А.А.
    Кандидатуру этого госслужащего (т.е. лица, которое в силу своего основного должностного положения полностью зависит от краевых исполнительных органов власти), выдвинули его же подчиненные. Ввиду советского прошлого нашего общества (лучше всего сохранившегося в коллективах именно госпредприятий и учреждений) есть достаточные основания полагать, что на решение служащих ФГУ о выдвижении своего руководителя в состав Комиссии существенное влияние оказало их подчиненное положение г-ну Коде А.А. Причем, действительную волю трудового коллектива ФГУ в этом выдвижении усомневает не только служебная зависимость выдвиженцев от их руководителя-представителя, но и то, что в отношении данного представителя трудового коллектива госучреждения незадолго до выборов скоропалительно были прикрыты следственные действия по уголовному делу, связанному со злоупотреблением Кода А.А. должностными полномочиями в корыстных целях.
    Поэтому, человек, в отношении которого было прикрыто уголовное преследование (без какого-либо официального оправдания или обвинения) и, которому было организовано выдвижение его же подчиненными - не может быть признан независим от тех, кто обеспечил ему такое преобразование из обвиняемого в председателя Комиссии.
    1.5.3. Включение в состав Комиссии двух пенсионеров – т.е. лиц, находящихся за пределами активного рабочего возраста, установленного трудовым законодательством (И.И. Пулиезо, Г.И. Терещенко), а равно служащей ОАО "Новоросгражданпроект", участие государства в котором составляет более 40 % (Р.Т. Миниханова) – лишь подчеркивают временный характер Комиссии; ее более чем предсказуемую неспособность самостоятельно, своевременно, надлежащим образом и по существу не только рассматривать жалобы и обращения рядовых избирателей, но и принимать законосообразные решения.
    1.5.4. Агитационные заявления Губернатора Краснодарского края Ткачева А.Н., занимающего государственную должность категории "А", который уже с момента представления Синяговского В.И. на должность исполняющего обязанности Главы города-героя Новороссийска (27.11.2002 г.), в своих публичных высказываниях демонстрировал активную поддержку своего протеже.
    Так, например, еще 27.11.2002 г. комментируя назначение Синяговского В.И. исполняющим обязанности Главы города и предстоящие выборы, Губернатор, в частности, заявил: "Я буду, безусловно, подсказывать и буду рядом, и ни в коем случае не допущу, чтобы во власть прорвался криминал или люди другого толка, сомнительного, из теневой экономики."
    То, что гарантии Губернатора - это не брошенные на ветер слова, уже в ходе избирательной кампании подтвердил его заместитель по СМИ Ахеджак М.К., который в своем выступлении на принадлежащем краевым властям телеканале "Новая Россия" в передаче "Актуальный репортаж" 21.01.2003 г. сказал: "Хочу напомнить уважаемым новороссийцам о том, что Синяговский до прихода в Новороссийск являлся одним из самых успешных глав муниципальных образований и, безусловно, его никто бы не выдергивал, на месяц-два не приглашал. И для него это было непростое решение, и для Губернатора тоже – одного из своих лучших глав направить в Новороссийск."
    И, наконец, уже накануне регистрации кандидатов через те же подконтрольные краевым органам власти ГТРК, НТК и ТК "Новая Россия" Губернатор безосновательно (в отсутствие обвинения) заявил: "Вчера пришло сообщение, что на И.О. главы Новороссийска Владимира Синяговского готовилось покушение. То, что произошло вчера – это, на мой взгляд, открытый вызов, который бросила обществу кучка нелюдей, имеющих свою власть и влияние города. Они отчетливо понимают, что народ сегодня не тот, что был вчера, людям не нужны красивые слова и обещания, людям нужны конкретные дела в городе. Именно этого и испугались организаторы этого покушения. Как губернатор, наделенный вашим доверием, считаю своим долгом и обязанностью вмешаться в ситуацию, положить конец творящемуся беспределу. Поэтому ответственно заявляю: Хватит! Хочу, чтобы все уяснили эту простую истину – выборы состоятся в назначенный срок и пройдут в четких рамках закона. Уверен, что новороссийцы придут на избирательные участки и скажут свое законное слово, весомое слово в пользу истинного патриота своего города. Я гарантирую, что так оно и будет."
    То, что И.О. Главы – кандидат Синяговский В.И. позиционировался на выборах как славный конкретными делами управленец-хозяйственник, в результате значительной активизации деятельности подконтрольных краевым властям региональных и городских СМИ, стало общеизвестным фактом, который не отрицается и самим кандидатом, например, в его агитационном материале, выпущенном 14.02.2003 г. по заказу № 803. Вместе с тем по правилам п. 4 ст. 40 Федерального закона приведенные выше высказывания, безусловно, наиболее влиятельного и авторитетного в крае и в городе государственного деятеля носят все признаки предвыборной агитации, направленной на избрание лоббируемого им кандидата. Виды агитации, под которые подпадают выступления Губернатора и Вице-губернатора, определены в подпунктах б), в), г), д), е), ж) п. 2 ст. 48 Федерального закона.
    Примечательно, что на приведенные выше агитационные действия Губернатора, противоречащие правилам пп. е) п. 5 ст. 40 ФЗ и подпадающие под диспозицию ст. 5.11. КоАП РФ, а потому требовавшие их рассмотрения по существу во взаимосвязи с вопросом регистрации кандидата Синяговского В.И., было указано Комиссии до рассмотрения вопроса о его регистрации. Однако Комиссия фактически проигнорировала соответствующее обращение ее члена с правом совещательного голоса. По истечении 5 дней отделавшись лишь отпиской (№ 134/ВИК от 25.02.2003 г.) о том, что отписанные здесь нарушения приняты ею во внимание при рассмотрении вопроса о регистрации кандидата. Каких-либо разъяснений по существу поставленного вопроса ответ Комиссии не содержит.
    1.5.5. Присутствие в г. Новороссийске во время подготовки и проведения выборов высокопоставленных чиновников краевой администрации и руководящих работников госучреждений края, чья основная деятельность традиционно охватывается избирательным процессом (СМИ, социологические исследования):
    1) Вице-губернатора Ахеджак М. К., который практически постоянно находился в г. Новороссийске, занимал кабинет в администрации города (п. 4, пп. б) и пп. е) п. 5 ст. 40 ФЗ) и непосредственно руководил избирательной кампанией Синяговского В.И. Свое участие в избирательной кампании этого кандидата подтверждает и сам Ахеджак М.К. в видеозаписи его интервью газете "Новороссийский рабочий" от 23.02.2003 г.
    2) Советника губернатора Краснодарского края по СМИ Золиной Г.Д., также практически постоянно находившейся в г. Новороссийске в период выборов и руководившей пресс-службой администрации города (п. 4, пп. б) п. 5 ст. 40 ФЗ);
    3) Начальника управления администрации Краснодарского края по взаимодействию с органами местного самоуправления Токарева И.В. (п. 4 ст. 40 ФЗ);
    4) Заместителя начальника управления администрации Краснодарского края по взаимодействию с органами местного самоуправления и по совместительству штатного члена Крайизбиркома с правом решающего голоса Бурлачко Ю.А., который практически постоянно находился в Комиссии, контролировал ее деятельность, в том числе выступал в защиту интересов Синяговского В.И. при рассмотрении Комиссией вопросов о его регистрации, нарушении им правил проведения предвыборной агитации, порядка финансирования им своей избирательной кампании (нарушение п. 12 ст. 20, п. 4 ст. 40 Федерального закона, а также требований п.9 ст. 8 Закона Краснодарского края от 04.07.1999 г. № 186-КЗ "Об избирательной комиссии Краснодарского края", запрещающих члену Крайизбиркома, работающему на постоянной основе замещать другие государственные должности или находится на государственной службе);
    5) Начальника ГУ "Краснодарский краевой фонд социологических исследований", который занимался проведением социологических опросов о прогнозах на выбор главы г. Новороссийска. Результаты его деятельности были опубликованы 25.01.2003 г. в газете "Новороссийский рабочий" (п. 4 ст. 40 ФЗ);
    6) Сотрудника ГУ "Краснодарский краевой фонд социологических исследований" Васина С.Л., который не только участвовал в осуществлении основной деятельности своего учреждения – социсследованиях, но лично занимается вербовкой агитаторов Синяговского В.И., о чем имеется ни кем не опровергнутый телерепортаж, неоднократно демонстрировавшийся во время выборов (п. 4 ст. 40 ФЗ).
    Практически в течение всей избирательной кампании все эти лица, а также обслуживающие их секретари, помощники, водители и проч. обслуживающий высокопоставленных чиновников персонал, значившиеся как командированные в Новороссийск, - проживали в гостиничном комплексе "Новороссийск". Доказательством тому могут служить данные учета, находящиеся в распоряжении администрации гостиничного комплекса. По приблизительным расчетам только расходы на проживание вышеназванных лиц составляли более 400.000 руб. в месяц. Расходы по оплате телефонных разговоров за тот же период составляют более 20.000 руб. В целом, по самым скромным подсчетам, участие этой группы в избирательной кампании обошлось в более чем 1.000.000 руб. Поскольку эти лица участвовали в проведении избирательной кампании кандидата Синяговского В.И. (что охватывается правилами пп. в) п. 3 ст. 59 ФЗ), постольку (в силу требований п. 2 и п. 6 ст. 59 ФЗ) расходы по их привлечению (размещению) и оплата их труда (услуг) должны покрываться исключительно за счет средств избирательного фонда того кандидата, в интересах которого они были откомандированы работать на выборах.
    Выше, в основных положениях, уже указывалось, что вне зависимости от того, каким образом было оформлено пребывание высокопоставленных чиновников администрации края и ответственных работников краевых учреждений - их фактическое присутствие на выборах потенциально не исключает их воздействия, как на формирование волеизъявления избирателей, так и на соблюдение Комиссией норм и принципов избирательного права. Такое воздействие не соответствует ни конституционным основам народовластия, ни избирательному законодательству, принятому, в том числе и в обеспечение права новороссийцев самостоятельно избрать себе Главу города.
    О том, что такое воздействие имело место на протяжении всей избирательной кампании, а также то, что оно было направлено на избрание именно Синяговского В.И. и дискредитацию кандидатов–новороссийцев (Заиченко И.В., Шишкарева С.Н.) неоднократно заявляли некоторые СМИ (газеты "Новороссийская республика", "7 дней Кубани", телекомпания "33-й канал" и др.), говорили многие респонденты – рядовые избиратели; сам факт появления депутатского запроса служит тому подтверждением. В то же время публичные заявления о вмешательстве органов исполнительной власти края в выборы главы города до настоящего времени ни кем не опровергнуты, в том числе в судебном порядке не признаны не соответствующими действительности.
    Следовательно, привлечение указанных выше госслужащих к осуществлению ими в служебное время деятельности, способствующей выдвижению и избранию поддерживаемого Губернатором кандидата не оспаривается и самими этими лицами. Вместе с тем это противоречит требованиям пп. а) п. 5 ст. 40 Федерального закона, которыми кандидатам запрещается использовать преимущества своего должностного положения вне зависимости от того, свои подчиненные или иные госслужащие были привлечены к деятельности, способствовавшей избранию кандидата, находящегося на муниципальной службе.

    1.6. Согласно решению Краснодарского краевого суда от 4.01.2003 г. о назначении выборов Главы гор. Новороссийска непосредственно организация и проведение выборов возлагались на временную избирательную комиссию, которую Крайизбирком должен был лишь сформировать. В соответствии с пп. 24) ст. 2 Федерального закона избирательной комиссией, организующей выборы, является комиссия, на которую законом возложено руководство деятельностью всех избирательных комиссий по подготовке и проведению соответствующих выборов. В г. Новороссийске проводились местные выборы Главы этого муниципального образования – органа местного самоуправления. Требования п. 1 ст. 24 ФЗ устанавливают, что организатором подготовки и проведения выборов в органы местного самоуправления вправе выступать только избирательная комиссия этого муниципального образования. В данном случае – Комиссия. Участие в организации подготовки и проведения выборов вышестоящей комиссии и исполнительных органов власти субъекта РФ ни федеральным ни краевым законом не предусмотрено; а обеспечение деятельности Комиссии по такой организации, исходящее со стороны этих органов государственной власти, не должно влиять на ее независимость (п. 12 ст. 20 ФЗ).
    Из приведенных же выше фактических обстоятельств организации и проведения мэрских выборов в г. Новороссийске определенно следует, что нарушение принципа независимости Комиссии, установленного требованиями п. 12 ст. 20 ФЗ имело место и осуществлялось, как минимум, как со стороны Крайизбиркома, так и со стороны исполнительных органов государственной власти Краснодарского края.
    Со стороны Крайизбиркома такое вмешательство выражалось в формировании недееспособной Комиссии и последующем откомандировании к ней своих членов и специалистов, организовывавших своими консультациями, рекомендациями и другими формами участия принятие Комиссией решений по вопросам, отнесенным законом исключительно к ее компетенции. Таким образом, Крайизбиркомом была нарушена не только компетенция нижестоящей Комиссии, определенная п. 10 ст. 24 Федерального закона, но и превышены собственные полномочия, установленные п. 10 ст. 23 Федерального закона и ст. 11 Закона Краснодарского края "Об избирательной комиссии Краснодарского края" в проведении муниципальных выборов.
    Со стороны Главы и Администрации края вмешательство выразилось в агитационных выступлениях Губернатора, а также в осуществлении Вице-губернатором, советником Губернатора, начальником и заместителем начальника управления Администрации края, а также руководителем и его заместителем госучреждения в служебное время деятельности, способствовавшей выдвижению и избранию кандидата, замещающего муниципальную должность Главы органа местного самоуправления.
    О поддержке своей кандидатуры во время выборной кампании со стороны именно Губернатора края, а не гр-на Ткачева А.Н., а равно об особой ценности этой поддержки – прямо указывает и сам Синяговский В.И. в интервью газете "Новороссийские вести" Администрации г. Новороссийска (№ 12 (67) от 29.03.2003 г.) в ответе на вопрос о результатах выборов.
    Добровольное публичное заявление победившего кандидата о том, что в его победе особую ценность имеет поддержка Губернатора края - уже само по себе выступает не требующим специального доказывания фактом использования им преимуществ своего должностного положения. В силу требований пп. г) п. 2 ст. 77 Федерального закона использование преимуществ должностного или служебного положения, на которое указывает парламентский запрос и которое подтверждается самим Синяговским В.И., с учетом невозможности выявить действительную волю избирателей ввиду неизвестности действительного количества изготовленных и полученных Комиссией бюллетеней (см. пп. 2.7.) - является безусловным основанием для отмены решения Комиссии о результатах выборов после определения ею "таких" результатов.

    2. Нарушения Комиссией компетенции, установленной для ее уровня требованиями п. 10 ст. 24 Федерального закона, принципов и норм избирательного права, отражены в следующих решениях.

    2.1. В отношении решения Комиссии от 13.01.2003 г. № 13 об утверждении формы подписного листа; его несоответствия требованиям, предъявляемым законом как к порядку определения формы подписного листа, так и к полномочиям Комиссии необходимо отметить следующее.
    2.1.1. Норма, содержащаяся в п. 8 ст. 37 ФЗ, указывает, что форма подписного листа устанавливается законом. Согласно терминологии избирательного законодательства (см. пп. 17) ст. 2 ФЗ): федеральным конституционным законом, федеральным законом или законом субъекта РФ. На момент принятия решения о проведении выборов форма подписного листа, согласно требованиям п.8 ст. 37 ФЗ, не была установлена законом, в том числе краевым законом "О выборах депутатов представительных органов местного самоуправления и глав муниципальных образований в Краснодарском крае" (№ 108-КЗ от 09.12.1997 г., действующим в ред. от 17.08.2000 г.)[2].
    2.1.2. При таких обстоятельствах Крайизбирком в соответствии с предоставленным ему п. 9 ст. 5 краевого закона "Об избирательной комиссии Краснодарского края" правом внесения предложений по совершенствованию избирательного законодательства, а равно возложенными на него обязанностями, вытекающими из места, задач и функций Крайизбиркома в системе избирательных комиссий в РФ (ст. 3 указанного краевого Закона, п. 13 ст. 20, пп. в) п. 10 ст. 23 Федерального закона) – должен был обратиться как минимум в Законодательное собрание Краснодарского края с предложением о безотлагательном дополнении краевого закона "О выборах ... глав ..." нормами, устанавливающими указанную федеральным законодателем форму подписного листа.
    Инициирование приведения краевого Закона в соответствие с требованиям Федерального закона, при надлежащем и добросовестном исполнении Крайизбиркомом возложенных на него функций, должно было иметь место еще во второй половине июня 2002 г., - когда был принят Федеральный закон (12.06.2002 г.). Вопрос о проведении досрочных выборов в г. Новороссийске встал еще 27.11.2002 г., когда отставка действовавшего Главы города была удовлетворена назначением исполняющего обязанности. С этого момента актуализировался и вопрос о приведении в соответствие с федеральным краевого Закона. Решение суда о проведении выборов было вынесено 04.01.2003 г., - тем самым, проблема приведения краевого избирательного законодательства (указанного профильного закона и актов Крайизбиркома) была выведена на передний план обеспечения реализации мероприятий, связанных с подготовкой и проведением выборов (эта обязанность возложена на Крайизбирком пп. б) п. 10 ст. 23 ФЗ). Однако шести месяцев, прошедших с момента принятия ФЗ до начала избирательной кампании в г. Новороссийске Крайизбиркому почему-то не хватило для того, чтобы обеспечить внесение краевым законодателем необходимых поправок в Закон "О выборах...", а равно - пересмотреть собственные устаревшие постановления и рекомендации, относящиеся к муниципальным выборам (ст. ст. 10, 11 закона № 186-КЗ).
    Таким образом, из-за полугодового бездействия Крайизбирком нормативно-правовое обеспечение муниципальных выборов в г. Новороссийске на уровне законодательства субъекта РФ не было подготовлено должным образом. И потому ответственность за последовавшие нарушения Федерального закона, как и за безосновательное применение несоответствующего ему краевого Закона, Комиссия должна разделить с курировавшим ее деятельность Крайизбиркомом.
    2.1.3. В свою очередь, вместо истребования от Краийзбиркома законосообразной инициативы по восполнению пробела в избирательном праве, Комиссия, находясь под контролем того же Крайизбиркома, незаконно присвоила себе полномочия органов законодательной власти и самостоятельно утвердила форму подписного листа, превысив тем самым не только свою компетенцию, но и нарушив конституционный принцип разделения властей. Тот факт, что Комиссия самостоятельно установила форму подписного листа подтверждает и ее председатель Кода А.А. в своих объяснениях по делу № 2-340-03, рассмотренному Октябрьским районным судом г. Новороссийска 07.02.2003 г. Поэтому дальнейшее доказывание законотворческой самодеятельности Комиссии при полном попустительстве (бездействии) Крайизбиркома, очевидно, не требуется.
    Таким образом, избирательные органы г. Новороссийска и Краснодарского края продемонстрировали полную неспособность практически применить предоставленные им федеральным и краевым законодателями полномочия в осуществлении функций по реализации избирательного законодательства, законосообразной организации избирательного процесса, и, как следствие, по легитимному обеспечению реализации и защиты избирательных прав граждан (п. 3 ст. 20 ФЗ). Вместо исполнения элементарных действий по организации законодательной инициативы краевого уровня был совершен целый ряд нарушений компетенции различных органов государственной власти.

    2.2. Другим примером грубого нарушения требований закона является решение Комиссии от 16.01.2003 г. № 18 "О заверении подписных листов для сбора подписей избирателей", согласно которому бланки подписных листов всех кандидатов до начала сбора подписей избирателей в поддержку их кандидатур должны были быть заверены печатью Комиссии.
    2.2.1. Впоследствии, при рассмотрении дела о незаконности решения Комиссии, необходимость этого решения объяснялась двумя заявлениями от жительниц Новороссийска, поступившими в адрес Комиссии 14.01.2003 г. Из них следовало, что неизвестные лица в не установленное время, в не установленном месте и при неизвестных обстоятельствах пытались досрочно начать сбор подписей в поддержку выдвижения не указанных кандидатов. Каких-либо доказательств досрочного сбора подписей, в том числе образцов подписных листов, описания сборщиков подписей, каких-либо сведений о кандидатах (которые обязательно содержатся в подписном листе), иных свидетельских показаний - эти обращения не содержат. Не располагает соответствующими доказательствами досрочного сбора подписей и Комиссия.
    При таких обстоятельствах, вопреки требованиям п. 4 ст. 20 ФЗ, обязывающим Комиссию провести собственную проверку по обращениям о нарушении закона, и игнорируя предоставленное ей п. 5 той же ст. 20 ФЗ право привлекать для этих целей правоохранительные и административные органы, Комиссия вновь превысила свои полномочия, установленные п. 10 ст. 24 Федерального закона, приняв решение, противоречащее п. 3 ст. 18 Краевого закона "О выборах ... глав муниципальных образований ...".
    Помимо нарушения порядка рассмотрения обращений избирателей и превышения собственных полномочий, Комиссия произвольно возложила на кандидатов обязанность, которая не только не предусмотрена законом, но и противоречит уведомительному характеру выдвижения кандидатов, установленному правилами п. 2 ст. 33 Федерального закона, а равно - корреспондирующимся с ними правилами п. 5 ст. 37 Федерального закона, где без каких-либо отсылок к другому закону или, тем более, к решению избирательной комиссии установлено право кандидата преступить к сбору подписей со дня, следующего за днем уведомления Комиссии о своем выдвижении.
    В обоснование решения Комиссией безосновательно была положена норма п. 5 ст. 19 Краевого закона, регламентирующая выдвижение кандидатов избирательными объединениями (блоками), и устанавливающая, что сбор подписей таких кандидатов начинается после выдачи территориальной избирательной комиссией уполномоченному представителю избирательного объединения (избирательного блока) письменного подтверждения о принятии документов о выдвижении кандидата и заверки бланков подписных листов, изготовленных избирательным объединением (избирательным блоком) по установленной территориальной избирательной комиссией форме, печатью соответствующей территориальной избирательной комиссии.
    Согласно этой норме:
    а) момент начала сбора подписей определяется двумя событиями: выдачей территориальной комиссией письменного подтверждения о принятии документов кандидата и заверкой бланков подписных листов печатью этой комиссии;
    б) форму подписного листа устанавливает территориальная комиссия.
    Согласно же Федеральному закону:
    а) момент начала сбора подписей определяется не двумя событийными, а одним временным фактором - наступлением дня, следующего за днем уведомления комиссии о выдвижении (п. 5 ст. 37 ФЗ);
    б) заверка подписных листов не предусмотрена вовсе.
    2.2.2. Однако ни Комиссией, принявшей решение о заверении своей печатью подписных листов до начала сбора подписей кандидатами, ни контролировавшим ее деятельность Крайизбиркомом, ни Октябрьским районным судом г. Новороссийска 07.02.2003 г., рассмотревшим дело № 2-340-03 и отказавшим кандидату Рудакову Л.В. в признании этого решения незаконным, ни прокуратурами г. Новороссийска и Краснодарского края, участвовавшими в деле, - не было принято во внимание следующее.
    В силу требований п. 6 ст. 1 ФЗ краевой Закон подлежит применению лишь в части, не противоречащей нормам Федерального закона.
    Согласно п. 5 ст. 37 ФЗ подписи могут собираться со дня, следующего за днем получения комиссией уведомления о выдвижении кандидата, а не после выдачи комиссией письменного подтверждения о принятии документов о выдвижении кандидата, - как то определено в п. 5 ст. 19 краевого Закона. Очевидно, что момент начала сбора подписей, определенный в Федеральном законе временным фактором - днем, следующим за днем уведомления Комиссии о выдвижении, не соответствует событийному фактору - выдаче Комиссией письменного подтверждения о принятии ею документов кандидата. Не содержит Федеральный закон и каких-либо положений, позволяющих поставить момент начала сбора подписей в зависимость от другого событийного фактора: заверения Комиссией подписных листов.
    Следовательно, в вопросе определения момента начала сбора подписей подлежит применению норма Федерального закона о моменте, зависящем полностью от действий кандидата (уведомил Комиссию – на следующий день вправе начать собор подписи), а не норма краевого Закона о событиях, зависящих целиком и полностью от действий или бездействия Комиссии (когда захотим – тогда и разрешим собирать).
    Согласно требованиям упоминавшегося уже п. 8 ст. 37 Федерального закона форма подписного листа устанавливается законом. Этой норме не соответствует второе положение п. 5 ст. 19 краевого Закона, которое указывает на то, что форма подписного листа устанавливается территориальной избирательной комиссией.
    Следовательно, и в этой части п.5 ст.19 краевого Закона применению не подлежит.
    Таким образом, нормы, содержащиеся в п. 5 ст. 19 краевого Закона полностью не соответствуют Федеральному закону, а потому, в силу требований п. 6 ст. 1 Федерального закона, п. 5 ст. 19 краевого Закона не подлежит применению. Соответственно, решение Комиссии, принятое на основании не подлежащей применению нормы, является незаконным.
    2.2.3. Необходимо добавить, что в целом правила ст. 19 краевого Закона посвящены выдвижению кандидатов избирательными объединениями (блоками). Кандидатам же, осуществляющим самовыдвижение посвящена совершенно иная - 18-я статья краевого Закона. Из п. 3 ст. 18 этого Закона положения, аналогичные тем, что еще каким-то образом сохранились в п. 5 ст. 19 того же Закона, были исключены краевым законодателем 31.03.2000 г. путем принятия Закона № 252-КЗ. Поэтому к моменту принятия Комиссией решения о заверении подписных листов действующая редакция п. 3 ст. 18 уже не содержала требований о таком заверении, а п. 5 ст. 19 не подлежал применению ввиду его противоречия требованиям п. 2 ст. 33, п. 5 и п. 8 ст. 37 ФЗ.
    В результате своим самовольным и незаконным решением Комиссия не только проигнорировала волю краевого законодателя, отразившуюся в различных редакциях п. 3 ст. 18 краевого Закона, но и превысила свою компетенцию, применив при этом ненадлежащую правовую норму, извратив уведомительный характер процедуры выдвижения и возложив на кандидатов не предусмотренную законом обязанность.
    2.2.4. Незаконно созданное Комиссией формальное препятствие в безусловном праве любого кандидата на начало сбора подписей со дня, следующего за днем уведомления им Комиссии о выдвижении, а не с момента заверения его подписных листов стало предметом упоминавшегося уже судебного разбирательства по делу № 2-340-03, вытекающему из публичных правоотношений, в том числе - избирательных.
    Отказывая в отмене решения Комиссии суд неправильно применил нормы п. 5 ст. 19 краевого Закона (не подлежащие применению в силу п. 6 ст. 1, а также п. 2 ст. 33, п. 5 и п. 8 ст. 37 Федерального закона), безосновательно признал решение Комиссии принятым правильно (игнорировав при этом нарушение требований п.п. 4, 5 ст. 20 ФЗ) и в пределах ее компетенции (что не соответствует п. 10 ст. 24 ФЗ, п. 8 ст. 37 ФЗ), а также не исследовал должным образом факт возложения на заявителя не предусмотренной законом и противоречащей ему обязанности (ст. 255 ГПК РФ).
    Неправильным определением судом сроков рассмотрения заявлений, поданных в ходе избирательной кампании, следует признать и применение им, помимо специального 5-ти (максимум 10-ти) дневного срока, установленного п. 2 ст. 260 ГПК РФ, также и дополнительного 5-ти дневного срока, указанного в первом предложении ст. 133 ГПК РФ для рассмотрения судьей вопроса о принятия иска к производству суда. Из буквального толкования первого предложения ст. 133 ГПК РФ следует, что 5-дневный срок рассмотрения вопроса о принятии к производству относится только к исковым заявлениям, а не к заявлениям, вытекающим из публичных отношений, для которых п. 2 ст. 260 ГПК РФ установлен специальный срок, соответствующий, в свою очередь, правилам, изложенным во втором предложении ст. 133 ГПК РФ. На чрезмерно долгое рассмотрение заявлений, связанных с нарушениями избирательного процесса, при том превратном толковании ст. 133 ГПК РФ, которое было применено судом первой инстанции, указывалось во всех инстанциях краевого суда, но ни одна из них не обратила на это замечание никакого внимания.
    Ввиду того, что при рассмотрении этого дела суды первой, кассационной и двух надзорных инстанций, в нарушение требований п. 3 ст. 246 ГПК РФ исследовали лишь вопрос о нарушении избирательных прав заявителя (ст. 259, гл. 26 ГПК РФ), полностью проигнорировав его доводы о незаконности решения Комиссии и противоправном возложении на кандидатов не предусмотренной законом обязанности (ст. 255 гл. 25 ГПК РФ), а также в связи с тем, что судебными актами по данному делу формируется правоприменительная практика нового ФЗ и ГПК РФ, не обеспечивающая единства судебной практики и законности (ст. 389 ГПК РФ) - дело было выведено за пределы юрисдикции судебных органов Краснодарского края направлением надзорной жалобы в Верховный суд РФ.

    2.3. Незаконное решение Комиссии об утверждении формы подписного листа и последовавшее за ним такое же противоправное (хотя и прикрытое не отмененными на настоящий момент судебными постановлениями) решение о заверении подписных листов, в совокупности с проведением ненадлежащей экспертизы легли в основу решения № 287 от 20.02.2003 г. об отказе в регистрации Шишкарева С.Н. кандидатом на должность Главы г. Новороссийска на основании подписей избирателей.
    2.3.1. Основанием для отказа в регистрации по подписям одного из основных кандидатов Комиссия безосновательно указала недостаточное количество представленных им недействительных подписей избирателей - пп. д) п. 23 ст. 38 ФЗ, - якобы выявленных ею при проведении проверки, предусмотренной п. 3 ст. 38 Федерального закона и, соответственно, п.п. 4, 5 ст. 20 краевого Закона.
    По результатам этой проверки через систему "ГАС-выборы" и данные паспортно-визовой службы среди 800 отобранных из 4.781 подписи было выявлено всего 90 недостоверных подписей, составляющие 11, 25 % от числа проверенных. Исходя из того, что для отказа в регистрации по подписям необходимо обнаружение среди проверяемых не менее 25 % недействительных и недостоверных подписей (п. 8 ст. 38 ФЗ), Комиссия, на основании беспредметных сомнений своего члена с правом совещательного голоса Повалий С.А. в действительности оттиска печати Комиссии на подписных листах Шишкарева С.Н., приняла 17.02.2003 г. не основанное на законе решение о направлении 240 подписных листов этого кандидата на экспертизу в ЭКУ ГУВД Краснодарского края для установления соответствия оттисков печати на подписных листах оригиналу печати избирательной комиссии. При этом доводы члена комиссии с правом совещательного Гаврюшенко О.В. о незаконности проведения экспертизы без суда или следствия, а также о привлечении для дополнительной проверки новороссийских экспертов или экспертов ростовского ЦСК ЛС при Минюсте России – были полностью проигнорированы.
    Менее чем через сутки получив в свое распоряжение документ сугубо внутреннего пользования - краткую справку специалиста краевого ЭКУ № 17/762-э от 18.02.2003г., якобы содержащую мнение эксперта о несоответствии оттиска печати на 55 подписных листах представленному Комиссией образцу (хотя по содержанию этой справки невозможно определить правильность или ошибочность выводов эксперта, ввиду ее краткого содержания и отсутствия иллюстраций, подкрепляющих выводы эксперта) – Комиссия безосновательно (т.е. без проведения надлежащей экспертизы в рамках предварительного следствия или судебного разбирательства по факту изготовления и применения второй печати), приняла решение о признании 239 подписей в поддержку выдвижения Шишкарева С.Н. недействительными лишь на том основании, что по безответственному мнению краевого эксперта 55 подписных листов кандидата, согласно 18-му решению той же Комиссии, были заверены Комиссией другой печатью.
    2.3.2. В совокупности с крайне сомнительной законностью действий (решений) и бездействия Комиссии при проведении ею проверки подписных листов Шишкарева С.Н. и "выявлении" признаков использования другой печати, с сугубо формально-правовой стороны необходимо отметить следующее.
    1) Установление формы подписного листа решением Комиссии противоречит требованиям Федерального закона (обоснование раскрыто в п. 2.1.). Вместе с тем, устанавливая форму подписного листа своим решением № 11, Комиссия не отнесла к его обязательным атрибутам оттиск своей печати в правом верхнем углу листа.
    2) Обязательное заверение подписных листов так же не предусмотрено законом; противоречит его требованиям (об этом указано в п. 2.2.). Такое заверение, осуществлявшееся во исполнение незаконного, но оставленного судом в силе решения Комиссии, не вытекает и из устаревшего постановления Крайизбиркома № 220-П от 02.07.2000 г., в приложении к которому оттиск печати комиссии в правом верхнем углу указан в отношении утвердительной надписи ("Утверждено", наименование органа, печать) образца, а не в порядке заверения самих подписных листов.
    На момент издания этого постановления (02.07.2000 г.) уже действовала (31.03.2000 г.) новая редакция п. 3 ст. 18 краевого Закона, исключавшая заверение подписных листов перед началом сбора подписей самовыдвигающимися кандидатами. Поэтому скрепление оттиском печати утвердительной надписи на образце не может быть истолковано, как указание Крайизбиркома осуществлять заверение подписных листов, вопреки решению краевого законодателя.
    3) Согласно п. 44) ст. 2 ФЗ недействительная подпись – это подпись, собранная с нарушением порядка сбора подписей избирателей и (или) оформления подписного листа. Установление формы подписного листа было произведено Комиссией вопреки требованиям закона, и, при этом, не содержало и не могло содержать в качестве своего элемента оттиск печати Комиссии.
    Следовательно, признание оттиска печати на подписных листах, представленных Шишкаревым С.Н. не соответствующими оригиналу печати комиссии, не может служить основанием для признания самих подписей недостоверными или недействительными.
    Несоответствие же оттиска печати, даже если такое несоответствие будет выявлено в результате легитимных экспертных действий, тем не менее, нельзя квалифицировать как нарушение порядка оформления подписного листа.
    Следовательно, у Комиссии не было и нет законных оснований для принятия решения о том, что кандидат Шишкарев С.Н. не представил достаточное количество подписей избирателей в поддержку своего выдвижения. Поэтому решение об отказе ему в регистрации по подписям является незаконным.
    2.3.3. Помимо незаконности отказа в регистрации по подписям одному из основных кандидатов под предлогом "фальшивой" печати, необходимо добавить, что выявив несоответствие печатей Комиссия, в то же время, не предприняла никаких самостоятельных действий по пресечению возможного дальнейшего незаконного использования дубликата или дубликатов ее печати. В том числе не обратилась незамедлительно в правоохранительные органы с требованием о возбуждении дела по факту, не заменила подделанную печать на новую, диаметрально отличную от той, в уникальности которой Комиссия усомнилась, отказав Шишкареву С.Н. в регистрации, не совершила иных действий, направленных на исправление последствий выявленного краевым экспертом несоответствия и предупреждение других нарушений в отношении документов Комиссии: избирательных бюллетеней, протоколов заседаний, итогов голосования и т.п. Упорное уклонение Комиссии от исправления последствий, связанных с ненадлежащим использованием и хранением ею собственной печати указывает на то, что, либо доводы о фальсификации печати изначально надуманны, либо члены Комиссии сами повинны в том, что подписные листы в поддержку выдвижения Шишкарева С.Н. содержат оттиски различных ее печатей.

    2.4. К одним из первых "результатов" бездействия Крайизбиркома в организации приведения краевого законодательства в соответствие с федеральным и недобросовестных действий по формированию Комиссии относится противоправное решение Комиссии от 14.01.2003 г. № 14 о разграничении полномочий между временной и территориальными избирательными комиссиями, действующими на постоянной основе.
    Этим решением, подготовленным при активном участии представителей Крайизбиркома (Михеев, Пшенисная), формирование 112 участковых комиссий безосновательно было отнесено к компетенции Комиссии. Тем самым Комиссия не только в очередной раз превысила свои полномочия, но и грубо нарушила требования п. 4 ст. 27 ФЗ, согласно которым формирование участковой комиссии осуществляется вышестоящей комиссией. Из буквального толкования этой нормы следует, что в качестве таковой - вышестоящей - в данных выборах выступает территориальная комиссия, а не временная Комиссия, компетенция которой, согласно ст. 24 того же Федерального закона, не предоставляет ей права произвольно жонглировать установленными федеральным законодателем полномочиями нижестоящих комиссий; в частности, полномочиями постоянно (и потому ответственно) действующих территориальных комиссий.
    Какое-либо законосообразное оправдание этого решения не может быть выведено ни из указанных, ни из других норм как федерального, так и краевого законодательства о выборах; поскольку оно основано не на соблюдении, а на грубом попрании основных принципов формирования избирательных комиссий различного уровня - обособлении компетенции комиссии каждой уровня и строгой иерархичности принимаемых ими решений. Разрушение же целостности вертикали избирательных органов, заложенное в этом решении Комиссии, объясняется:
    а) либо откровенным недопониманием членами Комиссии основных устоев тех органов, в которых они временно находятся (что неудивительно для данного состава);
    б) либо умышленным пренебрежением этими устоями ради выполнения чуждого избирательной системе заказа по дезорганизации системы избирательных органов в Новороссийске;
    - но, в любом случае, не нормами действующего законодательства о выборах, которые ни на федеральном, ни на краевом уровне, ни по вопросам формирования комиссий, ни по правилам обжалования их действий или бездействия, ни по любым другим вопросам избирательного процесса – не содержат каких-либо положений, позволяющих временным вышестоящим комиссиям произвольно изменять установленную Федеральным законом компетенцию нижестоящих постоянных комиссий.
    Таким образом, предпринятое Комиссией своевольное толкование требований п. 4 ст. 27 ФЗ, выходящее за допустимые п. 5 ст. 10 и п. 8 ст. 20 ФЗ пределы изменения вертикали избирательных органов, - послужило очередным примером пренебрежения ею основными правовыми критериями свободных выборов. В соответствии с п. 3 ст. 77 ФЗ нарушение порядка формирования избирательных комиссий является самостоятельным основанием для отмены решения Комиссии об итогах голосования, а в совокупности с остальными нарушениями, существенно затронувшими волеизъявление избирателей и повлиявшими на итоги голосования – и отмены результатов самих выборов.

    2.5. Другим примером беспрецедентной некомпетентности Комиссии в исполнении возложенных на нее обязанностей, а равно – бездействия Крайизбиркома в осуществлении им контроля над соблюдением избирательного процесса – является несвоевременное формирование Комиссией бюджета избирательной кампании.
    Согласно требованиям пп. е) п. 10 ст. 24 ФЗ обязанность осуществления мер по организации финансирования подготовки и проведения выборов возложена на Комиссию, которая, исходя из правил п.п. 1 - 3 ст. 57 ФЗ должна была заблаговременно обратиться в городскую Думу г. Новороссийска для внесения последней ассигнований на подготовку и проведение выборов в местный бюджет на 2003 г.
    Однако вплоть до окончания января 2003 г., Комиссия, являющаяся главным распорядителем бюджетных средств, то ли в силу не ведения, то ли ввиду занятости другими, не свойственными ей вопросами (установление формы подписного листа, формирование требования о заверении подписных листов своей печатью, изъятие вопроса о формировании участковых комиссий из компетенции территориальных комиссий в свою собственную и т.п.), - не удосужилась своевременно составить смету собственных расходов и представить ее на рассмотрение депутатов представительного органа местного самоуправления для включения соответствующих расходов в бюджет города отдельной строкой, как того требует п. 3 ст. 57 ФЗ. В результате финансирование начавшейся уже избирательной кампания оказалось под угрозой срыва, соответственно и само проведение выборов приобрело проблематичный характер.
    В свою очередь Крайизбирком, в силу возложенных на него ст. 11 краевого Закона "Об избирательной комиссии Краснодарского края" полномочий, призванный осуществлять меры по организации финансирования муниципальных выборов, при сложившихся обстоятельствах дела, 24.01.2003 г. предвзято и безосновательно публично (через телевизионные СМИ края) обвинил городскую Думу Новороссийска в бездействии, срывающем финансирование выборов.
    Примечательно, что после того, как вскоре действительные виновники неоправданно долгого разрешения вопроса о финансировании выборов были установлены, а ими оказались Комиссия и Крайизбирком, - каких либо публичных извинений от Председателя Крайизбиркома Галушко В.Ф. в адрес депутатов городской Думы Новороссийска, публично обвиненных ею в политическом демарше, – не последовало.

    2.6. Отказ Комиссии от рассмотрения оправдательных финансовых документов кандидатов Заиченко И.В. и Шишкарева С.Н., при том, что ею же были приняты во внимание аналогичные документы других кандидатов (Каширина П.И. и Нудного И.И.), - был публично продемонстрирован на заседании 20.02.2003 г., посвященном вопросу регистрации выдвинувшихся кандидатов. Доказательством уклонения Комиссии могут служить видеозаписи этого заседания, транслировавшиеся телекомпаниями, осуществляющими вещание на территории г. Новороссийска – "33-й канал", "Новая Россия", "Кубань", а также свидетельские показания находившихся там журналистов, членов Крайизбиркома и иных присутствующих лиц.
    Вместе с тем, необходимо добавить, что уклонению Комиссии от принятия и рассмотрения оправдательных документов этих кандидатов предшествовали следующие обстоятельства, объясняющие демонстрацию Комиссией своего крайне предвзятого отношения к одним кандидатам, при полном попустительстве к другим.
    2.6.1. В связи с тем, что финансовые документы Каширина П.И. и Нудного И.И., представленные в Комиссию в рамках первой финансовой отчетности кандидатов уполномоченным банком, не соответствовали всем требованиям п. 8 ст. 58 ФЗ в адрес Комиссии 19.02.2003 г. были поданы заявления члена Комиссии с правом совещательного голоса Гаврюшенко О.В. с предложением отказать указанным кандидатам в регистрации на основании пп. з) п. 23 ст. 38 и п. 9 ст. 58 ФЗ.
    В соответствии с требованиями п. 4 ст. 20 ФЗ рассмотрение заявлений и проверка изложенных в них фактов были проведены 20.02.2003 г., начиная с 16-00, вплоть до рассмотрения Комиссией вопроса о регистрации кандидатов.
    Кандидаты, чьи финансовые документы оспаривались, а также их представители и назначенные ими члены Комиссии с правом совещательного голоса были уведомлены о предстоящей проверке надлежащим образом и потому к назначенному заседанию смогли представить дополнительно к платежным поручениям, полученным Комиссией из уполномоченного банка, сопроводительные и иные оправдательные письма, содержащие информацию обо всех сведениях, предусмотренных п. 8 ст. 58 ФЗ для платежных поручений жертвователей. На основании этих оправдательных писем, заверенных почему-то 68-м отделением Сбербанка РФ, Комиссия приняла решение об отсутствии в финансировании избирательных кампаний Каширина П.И. и Нудного И.И. нарушений, подпадающих под заявленное основание отказа в регистрации - пп. з) п. 23 ст. 38 ФЗ. При этом Комиссией не были исследованы:
    1) первичные платежные поручения жертвователей, представляемые в банк жертвователей;
    2) обоснованность указания дополнительных сведений о плательщике в графе "Назначение платежа", где, согласно здравому смыслу и закону должно быть указано лишь назначение платежа, включая ограничения (вносится ли пожертвование под условием использования на определенные цели или безусловно) и сведения об НДС, но никак не сведения о плательщике, для которых формой платежного поручения определены другие графы;
    3) правомерность направления писем не кандидату, отвечающему за правильность формирования своего избирательного фонда, а банку (который этой ответственности с кандидатом не разделяет) или Комиссии (которая уполномочена контролировать, а не оправдывать действия отдельных кандидатов);
    4) обоснованность заверения писем жертвователей Нудному И.И. и Каширину П.И. именно принимающим, а не направляющим платежи 68-м отделением СБ РФ, на которое выполнение сугубо почтовых функций не возложено ни законом, ни уставом этой кредитной организации.
    2.6.2. Требования п. 13 ст. 59 ФЗ, предписывающие Комиссии при осуществлении ею контроля за порядком формирования и расходования средств избирательных фондов кандидатов обращаться за проверкой достоверности указанных жертвователями сведений в регистрирующие органы, при этом не были исполнены; как в отношении указанных в заявлениях кандидатов (Каширин П.И., Нудной И.И.), так и в отношении других кандидатов, включая Заиченко И.В. и Шишкарева С.Н. Поэтому ввиду проведения проверки не в соответствии с требованием закона, ее результат не может быть признан обоснованным, а решение Комиссии об отсутствии нарушений со стороны Каширина П.И. и Нудного И.И. - правильным.
    Одновременно указанная норма возлагает бремя доказывания финансовых нарушений на Комиссию, а не на кандидатов, включая тех, на кого поступили заявления о таких нарушениях. Поэтому не направление Комиссией в адрес регистрирующих органов, осуществивших государственную регистрацию жертвователей Заиченко И.В. и Шишкарева С.Н., соответствующих представлений - является основанием для признания финансовых нарушений не выявленными; а решений об отказе им в регистрации по залогу – необоснованными.
    2.6.3. Как стало известно только при оглашении Комиссией решений об отказе кандидатам Заиченко И.В. и Шишкареву С.Н. в регистрации по залогу, проверка правильности формирования и использования ими своих избирательных фондов, так же была предметом рассмотрения Комиссии.
    Однако, в отличие от проведения аналогичной проверки Каширина П.И. и Нудного И.И., ни кандидаты, ни их представители, ни назначенные ими члены Комиссии с правом совещательного голоса об этих проверках не уведомлялись каким-либо способом ни заблаговременно, ни по факту проведения. Не заявлялись какие-либо замечания, нарекания или вопросы их представителям и в ходе заседания Комиссии о рассмотрении похожих нарушений в финансовых документах Каширина П.И. и Нудного И.И. Поэтому проверки, если они, действительно, и имели место со стороны Комиссии, то были проведены в глубочайшей тайне от тех кандидатов, чьих интересов они касались.
    В результате эти кандидаты априори были лишены права защищать свои права и отстаивать свои интересы на уровне Комиссии.
    2.6.4. Принимая во внимание крайне предвзятое отношение Комиссии к кандидатам – новороссийцам Заиченко И.В. и Шишкареву С.Н., между оглашением председателем Комиссии заранее подготовленных одновариантных проектов решений об отказе им в регистрации по залогу и принятием самих решений, назначенные этими кандидатами члены Комиссии с правом совещательного голоса безрезультатно пытались заставить Комиссию рассмотреть оправдательные финансовые документы их кандидатов, аналогичные тем, на основании которых были зарегистрированы Каширин П.И. и Нудной И.И. Однако, члены Комиссии публично отказались даже прикоснуться к ним, упирая на то, что решения об отказах рассмотрены рабочей группой, обоснованны и каких-либо инноваций не требуют.
    Таким образом, крайняя предвзятость, проявленная Комиссией к кандидатам-новороссийцам при рассмотрении вопроса об их регистрации по залогу, в совокупности с грубейшими нарушениями закона, допущенными Комиссией при проверке формирования и расходования избирательных фондов этих кандидатов, - воочию продемонстрировали избирателям абсолютное беззаконие и произвол, царящие при организации и проведении их выборов.

    2.7. Не менее важное для определения действительной воли избирателей на прошедших выборах имеет значение и тот факт, что Комиссией грубейшим образом были нарушены требования п. 11 ст. 63 Федерального закона, в соответствии с которыми изготовленные полиграфической организацией бюллетени выбраковываются ее работниками под наблюдением членов комиссии с правом решающего голоса, разместившей в соответствии с законом заказ на изготовление бюллетеней, после чего передаются по акту членам данной комиссии.
    Накануне выборов 22.03.2003 г., благодаря участию международных наблюдателей Комитета избирателей Украины и представителей Центризбиркома, выяснилось, что передача бюллетеней, изготовленных ЗАО "Краснодарбланкиздат" осуществлялась без составления передаточного акта. Таковой не был представлен ни наблюдателям, ни представителям Крайизбиркома, ни СМИ, освещавшим избирательную кампанию.
    В нарушение требований той же нормы Федерального закона выбраковка и передача изготовленных бюллетеней осуществлялись не с участием нескольких членов комиссии (в законе буквально указана множественная форма, что соответствует коллегиальному характеру деятельности комиссии), а лишь при заместителе председателя Комиссии Меркулове П.А.
    По факту выявления этого нарушения ответственным за правильность передачи бюллетеней председателем Комиссии Кода А.А. (п. 13 ст. 63 ФЗ) были предприняты оправдательные действия и уже в день голосования от ЗАО "Краснодарбланкиздат" был получен и представлен наблюдателям, членам Центризбиркома некий "Акт по факту передачи избирательных бюллетеней...", датированный 22.03.2003 г.
    В этом документе, не являющемся тем актом, который предусмотрен требованиями п. 11 ст. 63 ФЗ, лишь сообщалось о том, что бюллетени были изготовлены указанной коммерческой организацией и 22.02.2003 г. переданы Меркулову П.А.
    В результате указанных нарушений не представляется возможным достоверно установить, какое количество бюллетеней для голосования на выборах мэра Новороссийска в действительности было изготовлено и, какая часть из них была передана Комиссии для последующей передачи нижестоящим комиссиям. В совокупности с многочисленными жалобами избирателей и наблюдателей, поступавшими в том числе в адрес незарегистрированных кандидатов-новороссийцев, на применение различных списков избирателей (территориальная комиссия Центрального округа города, участок № 37-33), на присутствие в списках "мертвых душ" (участки № 35-18, № 35-27, № 35-33), на воспрепятствование СМИ наблюдению за проведением выборов (участок № 37-27) и подсчетом голосов (участок № 35-39), на размещение мест и оборудования для голосования и наблюдения за голосованием в разных помещениях (участки № 37-26, № 37-24, № 37-45, № 34-11) и другие (всего только незарегистрированными кандидатами зафиксировано 40 нарушений на различных участках) – имеются все основания полагать, что действительная воля избирателей была искажена незаконным использованием неучтенных бюллетеней.









    3. В отношении судебного произвола, царившего при разрешении дел вытекающих из избирательных правоотношений, в результате которого действительно нуждающиеся в защите своих прав кандидаты фактически были лишены судом возможности защищать свои права избранным ими способом, следует отметить дела № 2-447-03 и № 2-448-03, рассмотренные Октябрьским райсудом г. Новороссийска по заявлениям конкурирующего с ними кандидата.
    Общеизвестно, и потому не требует специального доказывания тот факт, что в выборах участвовали 2 группы кандидатов: новороссийцы Шишкарев С.Н. и Заиченко И.В., с одной стороны, и лоббируемый Губернатором края Синяговский В.И., вкупе с формальными кандидатами Нудным И.И. и Кашириным П.И., с другой стороны. При этом декларативность участия в выборах Нудного И.И. и Каширина П.И. подтверждается не только отсутствием в период проведения избирательной кампании какой-либо агитации за Каширина П.И., но и страстным желанием кандидата Нудного И.И. голосовать непременно за обоих незарегистрированных кандидатов - и Шишкарева С.Н., и Заиченко И.В. (невозможностью именно такого волеизъявления и обусловлены, якобы, нарушения избирательных прав Нудного И.И., как по делу № 2-447-3, так и по делу № 2-448-03).
    3.1. С 27.02.2003 г. в производстве суда находилось дело № 2-448-03 по заявлению представителя Нудного И.И. – Повалий С.А. к Комиссии о признании незаконным ее решения от 20.03.2003 г. № 291 "Об отказе в регистрации Заиченко И.В. кандидатом на должность Главы г. Новороссийска".
    3.1.1. Поводом к подаче заявления в суд послужило параллельное рассмотрение Крайизбиркомом аналогичного заявления Заиченко И.В. (заявление Повалий С.А. в суд буквально переписано с его заявления в Крайизбирком).
    В частности, в заявлении Заиченко И.В., адресованном Крайизбиркому еще до возбуждения дела в суде, указывались те же нарушения законодательства (допущенные Комиссией при принятии решения), которые впоследствии были заявлены Повалий С.А. в обоснование судебных требований другого лица - уже не Заиченко И.В. (чье пассивное право быть избранным, действительно, было нарушено незаконным отказом в регистрации), а его конкурента по этой избирательной кампании – некого кандидата Нудного И.И., вознамерившегося голосовать и за Заиченко И.В., и за Шишкарева С.Н. При таких обстоятельствах изначально перед судом ставился вопрос о действительности декларируемой Повалий С.А. заинтересованности Нудного И.И. в обращении за судебной защитой нарушенных прав (п. 1 ст. 3 ГПК РФ). Упорное же уклонение суда от исследования этого основания, равно как и явное нежелание установить, какое же именно активное избирательное право Нудного И.И. было нарушено обжалуемым от его имени решением, и каким образом заявитель намеревался голосовать сразу за двух незарегистрированных кандидатов - не позволяют сделать однозначный вывод о том, что рассмотрение и разрешение дела проходило без воздействия на судей (п. 2 ст. 8 ГПК РФ).
    К тому же, прикрываясь защитой избирательных прав (пп. 16. п. 1 ст. 89 ГПК РФ), а, по сути, требуя отмены решения Комиссии (ст. 254, ст. 259 ГПК РФ), Повалий С.А. не оплатила пошлину за рассмотрение поданного ею заявления. Исходя же из правил ст. 4 Закона РФ "О государственной пошлине" о взимании пошлины соразмерно заявленным требованиям, освобождение от ее уплаты по заявлению о защите избирательных прав не освобождает от уплаты таковой за рассмотрение жалобы на решение Комиссии (пп. 8) п. 1 ст. 4 указанного Закона). По сути, требованию об отмене решения Комиссии и посвящено заявление Повалий С.А. Однако, в отсутствие ходатайств о предоставлении отсрочки или рассрочки в ее уплате за требование об отмене решения Комиссии, суд, без каких-либо объяснений причин и поводов, не счел соблюдение правил о предварительном внесении пошлины необходимым условием рассмотрения двойственного по своей сути заявления. Тем самым изначально были нарушены требования пп. 1) п. 2 ст. 6 Закона РФ "О государственной пошлине".
    3.1.2. Принятием к производству и рассмотрением 04.03.2003 г. по существу заявления Повалий С.А., которая так и не смогла доказать нарушение избирательных прав Нудного И.И. тем, что Комиссия отказала в регистрации его конкурента Заиченко И.В. - суд грубейшим образом нарушил нормы как гражданско-процессуального, так и избирательного права, попрал конституционное право незарегистрированного кандидата на самостоятельный выбор легитимного способа защиты своих прав.
    В частности, суд безосновательно проигнорировал то обстоятельство, что задолго до возбуждения дела в суде, Заиченко И.В. самостоятельно приступил к защите своих избирательных прав во внесудебном порядке – путем обжалования решения Комиссии об отказе ему в регистрации в вышестоящие избирательные комиссии - Крайизбирком, а затем и в Центризбирком. Принятием к производству заявления объективно не заинтересованного в его восстановлении лица, суд первой инстанции нарушил конституционный принцип свободы выбора способа защиты нарушенных прав, избранный Заиченко И.В. (п. 2 ст. 45 Конституции). В то же время, в нарушение требований п. 2 ст. 38 ГПК РФ судом не были предприняты какие-либо действия по привлечению Заиченко И.В. к участию в деле в качестве соистца, хотя именно в его интересах было возбуждено данное дело. На прямую заинтересованность Заиченко И.В. в отмене решения Комиссии указывают не только само заявление Повалий С.А., но и определение суда от 27.02.2003 г., судебные повестки и проч. материалы дела, в которых именно этот кандидат признается заинтересованным лицом.
    Возбуждая дело в отсутствие каких-либо заявлений (ст. 139 ГПК РФ) со стороны Повалий С.А. (по крайней мере, таковых не было в материалах дела во время его рассмотрения 1-й инстанцией), суд вынес беспрецедентное определение об обеспечении иска (т.е. сугубо имущественного по своей природе требования), которым не только нарушил правила п. 2 ст. 142 ГПК РФ о выдаче исполнительного листа (таковой не выдавался), но и продемонстрировал собственную безграмотность в вопросах избирательного права: запрет принимать любые решения, связанные с регистрацией или отказом в регистрации Заиченко И.В. был адресован всем избирательным комиссиям, включая участковые и территориальные комиссии, в компетенцию которых подобные вопросы априори не входят. Судом были проигнорированы и требования п. 3 ст. 140 ГПК РФ о соразмерности обеспечительных мер заявленному требованию. В нарушение требований п. 9 ст. 75 Федерального закона данное определение, вынесенное в отношении одного заявителя - Повалий С.А., - запрещало рассматривать аналогичные жалобы всех других заявителей, включая Заиченко И.В.
    При рассмотрении дела, игнорируя то, что оно вытекает из сугубо публичных правоотношений и, в частности, из отношений связанных с выборами Главы города Новороссийска, суд, в нарушение принципов гласности судебного разбирательства (ст. 10 ГПК РФ), запретил не только трансляцию, но даже видеозапись судебного заседания. Таким образом рядовые избиратели оказались лишены возможности сформировать собственное мнение о независимости и беспристрастности суда, гласности его деятельности. В итоге пренебрежения задачами гражданского судопроизводства (ст. 2 ГПК РФ) более 22 % избирателей проголосовали против всех кандидатов, показав тем самым беспрецедентное для юга России протестное волеизъявление.
    Во время подготовки, равно как и в ходе рассмотрения дела ни одно из ходатайств заинтересованного лица, в том числе: о замене мер по обеспечению иска (п. 1 ст. 143 ГПК РФ), а в последствии и об их отмене (п. 2 ст. 144 ГПК РФ); об отводе судьи по пп. 3) п. 1 ст. 16 ГПК РФ (отказ судьи отменить несуразные обеспечительные меры, предпринятые огульно в отношении всех комиссий и заявителей, а также в отсутствие в деле заявления Повалий С.А. об их применении – вызвали глубокие сомнения в объективности и беспристрастности судьи Осенней В.И.); об оставлении заявления Повалий С.А. без рассмотрения в силу требований п. 3 ст. 222 ГПК РФ (в обеспечение конституционного права выбора способа защиты), - не были удовлетворены, не смотря на поддержку большинства из этих ходатайств (кроме отвода судьи) участвовавшим в деле прокурором.
    Исключив процессуальное соучастие Заиченко И.В. на исковой стороне суд, тем самым "освободил" себя от исполнения возложенной на него ст. 12 ГПК РФ обязанности по исследованию всех фактических обстоятельств, имеющих отношение к делу.
    Так, например, принимая во внимание тот факт, что тем же судом практически одновременно рассматривалось аналогичное заявление того же Нудного И.И., но по факту отказа в регистрации кандидату Шишкареву С.Н., Суд не удосужился установить, на основании какой нормы права заявитель по обоим этим делам намеревался голосовать за обоих незарегистрированных кандидатов.
    При проверке законности и обоснованности отказа Комиссии зарегистрировать кандидата Заиченко И.В. по залогу суд с удивительным упорством проявил те же предвзятость и необъективность (п.2 ст.12 ГПК РФ), что ранее (20.02.2003 г.) были продемонстрированы Комиссией при принятии решения об отказе ему в регистрации. Келейно, с грубейшими нарушениями требований п. 13 ст. 59 Федерального закона проведя финансовую проверку избирательного фонда кандидата, безо всякого уведомления о том самого Заиченко И.В. или его представителей, включая назначенного им члена Комиссии с правом совещательного голоса, об имеющихся замечаниях или подозрениях на возможные нарушения, - Комиссия публично отказалась рассматривать оправдательные документы кандидата, которые тот пытался представить, как только узнал о состоявшейся проверке. Примечательно, что нарушения, выявленные Комиссией в ходе интимной проверки соблюдения кандидатом порядка формирования и расходования избирательного фонда, были аналогичны тем, по которым той же Комиссией были зарегистрированы Нудной И.И. и Каширин П.И.
    Та же оказия приключилась и с судом, который, удовлетворившись вынесением определения о запрете всем комиссиям рассматривать обращения Заиченко И.В., при непосредственном рассмотрении дела фактически отказался от всестороннего и полного исследования доказательств правильности формирования и использования этим кандидатом своего избирательного фонда - первичных платежных поручений жертвователей, представляемых в банк плательщика, а не в банк получателя, и сопроводительных писем к ним, направляемых непосредственно кандидату, а не через уполномоченное только на осуществление денежных переводов и безналичных расчетов отделение Сбербанка России (на последнее выполнение сугубо почтовых функций не возложено ни законом, ни уставом этой кредитной организации). Примечательно, что сопроводительные письма жертвователей, в которых они сообщают о себе все сведения, предусмотренные п. 7 и п. 8 ст. 58 ФЗ (общие сведения для обычных расчетов, а также дополнительные сведения об аффилированности юридического лица, его участников и гражданстве физического лица) по своей сущности платежными документами не являются. Поэтому законность и обоснованность их прохождения именно через кредитную организацию (тем более не направляющую, а принимающую платежи), - как это случилось с пожертвованиями Нудному И.И. и Каширину П.И., - крайне сомнительны.
    Игнорируя это обстоятельство к материалам дела, тем не менее, почему-то была приобщена справка, из которой следует, что на 15 час. 14.02.2003 г. в 68-м отделении Сбербанка России почему-то (банк – это не почта и не фельдъегерская связь) находились письма жертвователей кандидатов Нудного И.И. и Каширина П.И. По этой справке, очевидно, суд и сделал свой безосновательный вывод о том, что решение Комиссии о признании пожертвований в избирательный фонд кандидата Заиченко И.В. незаконными, а потому и недействительными – правомерно. Однако из материалов дела следует, что первичные платежные документы этого кандидата судом не истребовались и не исследовались. В результате доводы, которыми располагал и располагает Заиченко И.В., в нарушение требований п. 2 ст. 12 ГПК РФ, так и не стали предметом судебного разбирательства.
    3.1.3. В нарушение правил пп.1) п. 1 ст. 343 ГПК РФ копия кассационной жалобы Повалий С.А. не была направлена в адрес Заиченко И.В. Не поступало в его адрес или его представителю никаких, включая телефонных, сообщений о подаче кассационной жалобы, о сроках направления возражений на нее и т.д. Поэтому, узнав о кассационном обжаловании решения только накануне судебного заседания кассационной инстанции, заинтересованная сторона не смогла использовать право на представление письменных возражений, предусмотренных ст. 344 ГПК РФ. Полное пренебрежение судами принципов состязательности и равноправия - очевидно.
    13.03.2003 г., при рассмотрении дела кассационной инстанцией, так и осталось не выясненным: каким образом находившееся по состоянию на окончание рабочего дня 11.03.2003 г. в Октябрьском райсуде г. Новороссийска дело № 2-448-03 к моменту рассмотрения кассационной жалобы оказалось в краевом суде? Ведь ни канцелярия районного, ни экспедиция краевого суда на момент истечения 5-дневного срока обжалования не располагали какими-либо сведениями о подаче Повалий С.А. кассационной жалобы и направлении Осенней В.И. дела в суд кассационной инстанции. Обстоятельства нарушения порядка подачи кассационной жалобы, включая отсутствие доказательств уплаты госпошлины по ней, а равно не соблюдения судьей требований ст. 343 ГПК РФ при получении жалобы (обязательное направление копий другим участникам, предоставление им срока для подачи возражений, проверка уплаты пошлины и т.д.) – не объясняет и определение кассационной инстанции суда. В нем все эти обстоятельства почему-то оказались опущены, видимо, в силу признания их судом "несущественными" процессуальными нарушениями.
    Скрупулезно переписав доводы представителей Заявителя и Ответчика из решения первой инстанции, суд кассационной инстанции не удосужился, не только проверить решение суда первой инстанции в полном объеме (хотя бы ввиду отсутствия письменных возражений со стороны заинтересованного лица и странных обстоятельств появления дела в кассационной инстанции, оглашенных в судебном заседании), но и проверить:
    1) обоснованность мнения суда о том, что активное избирательное право кандидата Нудного И.И., включая право на внесение его в список избирателей или исправлений в этом списке, на получение и использование бюллетеня для голосования, на голосование, включая досрочное, за зарегистрированных кандидатов или против всех кандидатов, на получение информации о ходе и об итогах выборов, на агитацию за или против кого-либо из кандидатов - нарушены решением Комиссии об отказе в регистрации его конкурента в пассивном избирательном праве Заиченко И.В. (ведь Нудной И.И., а равно и другие кандидаты, кроме Заиченко И.В., в обжалуемом решении никак не упоминаются; правам Нудного И.И. в обжалуемом им решении не посвящено ни единого слова; а гипотетическое желание кандидата Нудного И.И. голосовать за обоих незарегистрированных кандидатов, по правилам избирательного законодательства реализуется голосованием против всех кандидатов, и ему в таком голосовании обжалуемое решение никак не препятствовало);
    2) правомерность заявленных суду намерений Нудного И.И. голосовать сразу за двух незарегистрированных кандидатов (оба дела пересматривались одним и тем же составом судей, которые, рассмотрев дело № 2-447-03 об отказе в регистрации Шишкареву С.Н., не могли не знать, что в обоснование требований Нудного И.И. Повалий С.А. было заявлено нарушение права ее доверителя проголосовать не за себя, как зарегистрированного кандидата на ту же должность, а за своего соперника – незарегистрированного кандидата Шишкарева С.Н.);
    3) обоснованность принятия судом несоразмерных заявленному требованию мер по обеспечению иска (п. 3 ст. 140 ГПК РФ), законность их применения в отсутствие заявления (ст. 139 ГПК РФ), а также целесообразность их сохранения до вступления решения в законную силу (неизвестно на какую именно легитимную целесообразность указывал суд в своем решении; ведь ссылки на ст. ст. 140 и 144 ГПК РФ, содержащие лишь описание этих мер, заявленную судом целесообразность не раскрывают);
    4) обоснованность отказа в регистрации Заиченко И.В. по залогу, если при том же состоянии финансовых документов были зарегистрированы Нудной И.И. и Каширин П.И., а равно законность проведения Комиссией кулуарной проверки финансовых документов Заиченко И.В., минуя правила осуществления такого контроля, установленные п. 13 ст. 59 Федерального закона, обоснованность прямого отказа Комиссии от рассмотрения оправдательных документов, и, соответственно, - законность решения суда о том, что, при таких обстоятельствах, отказывая Заиченко И.В. в регистрации, Комиссией, каким-то образом, все же были соблюдены принципы и нормы избирательного права, включая правила о равенстве кандидатов, о принятии Комиссией только тех решений, которые предусмотрены ее компетенцией и совершения ею, как организационных, так и контрольных действий исключительно в порядке и на условиях, предусмотренных законом, - как того требует статус органа власти правового государства.
    В отношении рассмотрения дела кассационной инстанцией необходимо добавить, что первичные финансовые документы и сопроводительные письма к ним, которыми, ввиду отказа Комиссии и уклонения первой инстанции суда от их рассмотрения по существу, располагает только Заиченко И.В. – так и не стали предметом судебного исследования. Это обстоятельство, имеющее все признаки существенного для правильного рассмотрения и разрешения дела, не помешало суду кассационной инстанции в вынесенном им определении указать на то, что документы, в том числе платежные, представленные Заиченко И.В. в Комиссию до принятия ею обжалуемого решения - были им исследованы. Однако материалы дела этот довод полностью опровергают: в материалах дела имеются лишь те документы, которые были представлены уполномоченным банком Комиссии. Копии документов, которые Заиченко И.В. безрезультатно пытался предоставить Комиссии для принятия ею обоснованного решения по вопросу о его регистрации - приобщены не были.
    3.1.4. При описанных выше обстоятельствах представителем Заиченко И.В. 17.03.2003 г. была подана надзорная жалоба в адрес, как Председателя, так и Президиума краевого суда. Однако судья Сибятуллова Л.В., рассмотревшая 20.03.2003 г. поступившую накануне жалобу, не посчитала описанные выше нарушения норм материального и процессуального права существенными и достаточными для передачи дела № 44г-663 в Президиум краевого суда. Утверждая в своем определении о правомерности обращения Нудного И.И. в суд за защитой своих избирательных прав, судья Сибятуллова Л.В., так же как и предыдущие судьи рассматривавшие дело (Осенняя В.И., Одинцов В.В.), не смогла четко определить:
    а) какое же избирательное право было нарушено решением Комиссии?
    б) в чем именно заключается нарушение, позволяющее судам говорить о том, что у Нудного И.И., действительно, возникло право на обращение в суд?
    Вместо этого – вновь только общие цитаты закона о праве на защиту. Основания такого обращения, безропотно признанные судами лишь ввиду субъективных ощущений Повалий С.А. о том, что-де какие-то права ее доверителя каким-то образом оказались нарушенными обжалуемым решением, в отсутствие четких и ясных указаний на конкретные нарушения прав – не могут быть признаны установленными.
    Тем более что судьей Сибятулловой Л.В. в тот же день было рассмотрено аналогичное дело № 44г-663, в котором, при явном злоупотреблении Повалий С.А. правом на защиту утверждалось, что ее доверителю обжалуемое решение Комиссии препятствует в голосовании за совершенно иного кандидата – Шишкарева С.Н., а не Заиченко И.В. Признавая субъективные ощущения Заявителя по делу № 44г-663 обоснованными судья надзорной инстанции не могла не знать общеизвестных истин, что при голосовании каждый избиратель вправе отдать свой голос только за одного из зарегистрированных кандидатов.
    В то же время не было дано никакой правовой оценки процессуального положения Заиченко И.В. во всех судебных разбирательствах по вопросу отказа ему (не Нудному И.И.) в регистрации.
    В части проверки обоснованности решения Комиссии об отказе Заиченко И.В. в регистрации по залогу суд пришел к выводу о законности и обоснованности решения Комиссии. При этом вновь был полностью проигнорирован тот факт, что той же Комиссией и в то же время был зарегистрирован заявитель Нудной И.И., финансовые документы которого содержали нарушения, аналогичные тем, что Комиссия инкриминировала Заиченко И.В. И вновь это обстоятельство не было расценено судом как существенное.
    Отразив в определении лишь нормы избирательного законодательства, посвященные формированию и использованию избирательных фондов кандидатов, да тщательно воспроизведя платежные данные жертвователей Заиченко И.В., полученные Комиссией от уполномоченного банка, - суд не счел значимым дать оценку и тому факту, что при осуществлении контроля над формированием и использованием избирательного фонда Заиченко И.В. соответствующая проверка если и была проведена Комиссией, то в глубочайшей тайне не только от самого кандидата и его представителей, но и от отдельных членов Комиссии с правом совещательного голоса; что в основании ее проведения не лежали какие-либо заявления о выявленных финансовых нарушениях (как это было в отношении зарегистрированных кандидатов Нудного И.И., Каширина П.И. и Синяговского В.И.); что при ее проведении Комиссией ни как не были соблюдены требования п. 13 ст. 59 Федерального закона.
    Не увидел суд существенных нарушений ст. 12 ГПК РФ и в том, что предыдущими инстанциями упорно не исследовались те доказательства правильности формирования своего избирательного фонда, которыми располагает Заиченко И.В., и которые (что не отрицается и заявителем Повалий С.А.) были отвергнуты Комиссией без какого-либо, хотя бы формального, прикосновения к ним.
    Не правильным представляется и вывод о том, что в пику обращения Нудного И.И. в суд, ни Заиченко И.В., ни его представитель в том же судебном порядке не заявили самостоятельных требований, а потому решение Комиссии установленное судом как законное не правильно.
    3.1.5. С момента возбуждения дела заинтересованная сторона, руководствуясь п. 2 ст. 45, имеющей прямое действие, Конституции РФ настаивала на нечинении ей препятствий в защите своих прав во внесудебном порядке. Указывая на явное злоупотребление правом со стороны Повалий С.А., которая накануне рассмотрения Крайизбиркомом заявления Заиченко И.В. на отказное решение Комиссии – инициировала аналогичное судебное разбирательство в суде, - заинтересованная сторона по делу изначально заявляла, в частности, свое ходатайство (№ 3/1 от 04.03.2003 г.) об оставлении заявления ненадлежащего заявителя без рассмотрения. Оказавшись втянутым в судебные разбирательства незарегистрированный кандидат пытался рассмотрением и удовлетворением этого ходатайства расчистить себе путь к тому способу защиты, который был избран им вопреки воле Заявителя. Из того факта, что, будучи помимо своей воли втянутым в судебные тяжбы, Заиченко И.В не проявил страстного желания играть по чужим правилам, вовсе не следует вывод о том, что Комиссия правильно отказа ему в регистрации. Однако именно такая логика следует из определения суда.
    3.1.6. Отдельного внимания требует совершенно формальный подход судьи к тому, что прекратившие свое действие неправомерные, несоразмерные и безграмотные меры по обеспечению иска, ради которых, собственно, и возбуждалось само дело, не могут служить основанием для отмены судебных постановлений, поскольку де эти меры себя исчерпали еще 13.03.2003 г. при кассационном разбирательстве. Следуя такой логике все судьи вправе безнаказанно и безответственно выносить любые определения по любым основаниям, если только произвольно предпринимаемые ими противоправные меры прекращаются к моменту рассмотрения дела в надзорной инстанции. Тот факт, что запрет всем комиссиям всех уровней рассматривать любые обращения, прямо или косвенно связанные с защитой Заиченко И.В. своего пассивного избирательного права вынесен с рядом грубейших нарушений норм как материального, так и процессуального права, и потому имеет все признаки судейского произвола – почему-то не представляется и надзорной инстанции суда существенным.
    Исходя из предыдущего посыла о том, что решение суда правильно уже потому, что Заиченко И.В., так же как и Шишкарев С.Н. упорствовал во внесудебной защите своих прав, притворная никчемность обеспечительных мер, запрещающих ему самому выбирать пути и способы защиты своих прав - представляется вполне логичной для тех, кому такая самодеятельность не по нутру. Но весьма сомнительно, что подобными выводами, изложенными к тому же в отказном определении надзорной инстанции суда, решаются задачи гражданского судопроизводства по формированию уважительного отношения к закону и суду (ст. 2 ГПК РФ).
    В результате незаконных судебных решений, безосновательно признавших решение Комиссии об отказе в регистрации кандидату Заиченко И.В. законным и обоснованным, предусмотренное ст. 4 ФЗ пассивное избирательное право этого кандидата быть избранным - оказалось безнаказанно попрано. Продемонстрированные же судами края неоднократные и грубые нарушения основных положений гражданско-процессуального законодательства послужили основанием для подачи 01.04.2003 г. повторной надзорной жалобы в адрес Председателя краевого суда в порядке п. 2 ст. 383 ГПК РФ. По факту прогнозируемого повторного отказа в рассмотрении дела по существу, отмене судебных постановлений и признании решения Комиссии об отказе в регистрации Заиченко И.В. не законным, - надзорная жалоба будет направлена в независимый от краевых властей Верховный суд РФ.

    3.2. С того же момента в производстве того же суда находилось аналогичное дело № 2-447-03 по заявлению того же представителя Нудного И.И. – Повалий С.А. к той же Комиссии о признании незаконным ее решения от 20.03.2003 г. № 287 "Об отказе в регистрации Шишкареву С.Н. кандидатом на должность Главы города Новороссийска". Как и в случае с делом Заиченко И.В. заявление по делу Шишкарева С.Н. было идентично жалобе его представителя в Крайизбирком.
    3.2.1. Согласно обжалуемому решению Комиссии и этому кандидату было отказано в регистрации по совершенно надуманным основаниям. Это не отрицается и заявителем по делу – Повалий С.А. Поводом к подаче заявления в суд так же послужило не обжалуемое решение Комиссии, а параллельное рассмотрение Крайизбиркомом аналогичного заявления Шишкарева С.Н. В его заявлении, адресованном Крайизбиркому, указывались те же нарушения законодательства, которые впоследствии были заявлены в суде как обоснования требований, но уже не Шишкарева С.Н. (чьи избирательные права действительно были нарушены незаконным отказом в регистрации), а его конкурента по этой избирательной кампании – некого Нудного И.И. (которого, как выяснилось в судебном заседании, не видели ни его представитель Повалий С.А., ни суд, ни представитель Комиссии в суде).
    В связи с этим изначально перед судом был поставлен вопрос о действительности декларируемой Повалий С.А. заинтересованности Нудного И.И. в обращении за судебной защитой нарушенных прав (п. 1 ст. 3 ГПК РФ). Упорное уклонение суда от исследования этого обстоятельства, равно как и другие нюансы этого дела не позволяют сделать вывод о том, что его рассмотрение и разрешение происходило без постороннего воздействия на судей (п. 2 ст. 8 ГПК РФ).
    3.2.2. Прикрываясь защитой избирательных прав (пп. 16. п. 1 ст. 89 ГПК РФ), а, по сути, требуя отмены решения Комиссии (ст. 254, ст. 259 ГПК РФ), Повалий С.А., как и по делу Заиченко И.В., не оплатила пошлину за рассмотрение поданного ею заявления - в части требований об отмене решения Комиссии. Обоснование обязательности ее уплаты раскрыто в абз. 3 п. 3.1.1.
    3.2.3. Принятием к производству и рассмотрением 04.03.2003 г. по существу заявления Повалий С.А., которая так и не смогла доказать нарушение избирательных прав Нудного И.И. тем, что Комиссия отказала в регистрации его конкурента Шишкарева С.Н. - суд первой инстанции грубейшим образом нарушил нормы как гражданско-процессуального, так и избирательного права, попрал конституционное право Шишкарева С.Н. на самостоятельный выбор легитимного способа защиты своих прав.
    В частности, суд безосновательно игнорировал то обстоятельство, что задолго до возбуждения дела в суде, Шишкарев С.Н. самостоятельно приступил к защите своих избирательных прав во внесудебном порядке – путем обжалования решения Комиссии об отказе ему в регистрации в вышестоящие избирательные комиссии - Крайизбирком, а затем и в Центризбирком. Принятием к производству заявления объективно не заинтересованного в восстановлении Шишкарева С.Н. лица суд первой инстанции нарушил конституционный принцип свободы выбора способа защиты нарушенных прав, избранный Шишкаревым С.Н. (п. 2 ст. 45 Конституции).
    В то же время, в нарушение требований п. 2 ст. 38 ГПК РФ судом не были предприняты какие-либо действия по привлечению Шишкарева С.Н. к участию в деле в качестве соистца, хотя именно в его интересах было возбуждено это дело. На прямую заинтересованность Шишкарева С.Н., так же как и в деле Заиченко И.В., указывают не только само заявление Повалий С.А., но и определение суда от 27.02.2003 г. о принятии мер по обеспечению иска, судебные повестки и проч. материалы дела.
    Возбуждая дело в отсутствие каких-либо заявлений (ст. 139 ГПК РФ) со стороны Повалий С.А. (по крайней мере, таковых не было в материалах дела во время его рассмотрения 1-й инстанцией), суд вынес беспрецедентное определение об обеспечении иска (т.е. сугубо имущественного по своей природе требования), которым не только нарушил правила п. 2 ст. 142 ГПК РФ о выдаче исполнительного листа (таковой не выдавался), но и продемонстрировал собственную безграмотность в вопросах избирательного права: запрет принимать любые решения, связанные с регистрацией или отказом в регистрации Шишкарева С.Н. адресовался всем избирательным комиссиям, включая участковые и территориальные комиссии, в компетенцию которых подобные вопросы априори не входят (проигнорированы требования п. 3 ст. 140 ГПК РФ о соразмерности обеспечительных мер заявленному требованию); в нарушение требований п. 9 ст. 75 ФЗ определение суда, вынесенное в отношении одного заявителя - Повалий С.А., - запрещало рассматривать аналогичные жалобы всех других заявителей, включая заявления Шишкарева С.Н..
    Игнорируя то, что данное дело вытекает из сугубо публичных правоотношений и, в частности, из отношений связанных с выборами, суд, в нарушение принципов гласности судебного разбирательства (ст. 10 ГПК РФ), запретил не только трансляцию, но даже видеозапись судебного заседания. Тем самым избиратели оказались лишены возможности сформировать собственное мнение о независимости и беспристрастности суда, гласности его деятельности. В итоге пренебрежения задачами гражданского судопроизводства (ст. 2 ГПК РФ) более 22 % избирателей 23.03.2003 г. проголосовали против всех кандидатов, показав тем самым беспрецедентное для юга России протестное волеизъявление.
    При подготовке и в ходе рассмотрения дела в первой инстанции ни одно из ходатайств заинтересованного лица, в том числе: о замене мер по обеспечению иска (п. 1 ст. 143 ГПК РФ), а в последствии и об их отмене (п. 2 ст. 144 ГПК РФ); об отводе судьи по пп. 3) п. 1 ст. 16 ГПК РФ (отказ судьи отменить несуразные обеспечительные меры, предпринятые огульно в отношении всех комиссий и заявителей, а также в отсутствие в деле заявления Повалий С.А. об их применении – вызвали глубокие сомнения в объективности и беспристрастности судьи Гончаровой Л.С.); об оставлении заявления Повалий С.А. без рассмотрения в силу требований п. 3 ст. 222 ГПК РФ (в обеспечение конституционного права выбора способа защиты), - не были удовлетворены, не смотря на поддержку большинства из этих ходатайств (кроме отвода судьи) участвовавшим в деле прокурором.
    Исключив процессуальное соучастие Шишкарева С.Н. на стороне заявителя суд, тем самым, так же как и в деле Заиченко И.В., снял с себя бремя исполнения обязанности по исследованию всех фактических обстоятельств, имеющих отношение к делу.
    3.2.3.1. При рассмотрении доводов заявителя (Повалий С.А.) и ответчика (представителя Комиссии) по вопросу обоснованности отказа Комиссии в регистрации Шишкарева С.Н. по подписям, суд проигнорировал тот факт, что положенная в основу решения Комиссии справка ЭКУ ГУВД Краснодарского края № 17/762-э от 18.02.2003 г., якобы содержащая мнение эксперта, не является соответствующей требованиям ст. 84 ГПК РФ экспертизой. Указав в своем решении на изготовленный без суда и следствия документ внутреннего пользования – краткую справку специалиста ЭКУ – суд полностью проигнорировал доводы представителя Шишкарева С.Н., как о том, что подобная справка экспертизой не является (в решении она указана именно как экспертиза), так и о том, что незарегистрированным кандидатом инициировано другое исследование оттисков печати Комиссии, содержание и выводы которого диаметрально противоположны безответственному мнению краевого эксперта.
    В нарушение требований ст. 12 ГПК РФ о полном исследовании судом доказательств и установления фактических обстоятельств дела консультации специалиста и акта экспертного исследования № 61-27-03 от 04.03.2003 г., проведенных группой из 5-ти человек в течение 5 рабочих дней ЗАО "Центр независимых экспертиз" (г. Москва, Фруктовая ул., д. 7, корп. 2, тел. (095) 113-00-18), а не одним экспертом за одну ночь, как ГУВД, - так и остались не истребованные судом.
    3.2.3.2. В части проверки законности и обоснованности отказа Комиссии зарегистрировать кандидата Шишкарева С.Н. по залогу Суд с удивительным упорством проявил ту же предвзятость и необъективность (п. 2 ст. 12 ГПК РФ), что ранее были продемонстрированы Комиссией при принятии решения об отказе в регистрации, а также при рассмотрении аналогичных обстоятельств по делу Заиченко И.В.
    Так же, как и в отношении Заиченко И.В., тайно и с нарушениями требований п. 13 ст. 59 проведя финансовую проверку избирательного фонда Шишкарева С.Н., безо всякого уведомления о том кандидата или его представителей, включая члена Комиссии с правом совещательного голоса, об имеющихся замечаниях или подозрениях на возможные нарушения, - Комиссия публично отказалась рассматривать оправдательные документы кандидата Шишкарева С.Н., представитель которого пытался их представить, как только узнал о состоявшейся проверке при оглашении решения об отказе в регистрации. Нарушения, выявленные Комиссией в ходе интимной проверки соблюдения финансовым представителем Шишкарева С.Н. порядка формирования и расходования избирательного фонда кандидата, были аналогичны тем, по которым той же Комиссией были зарегистрированы Нудной И.И. и Каширин П.И.
    В свою очередь суд, удовлетворившись вынесением определения о запрете всем комиссиям рассматривать обращения Шишкарева С.Н., при рассмотрении самого дела, так же как и в отношении Заиченко И.В., уклонился от всестороннего и полного исследования обстоятельств формирования и использования кандидатом своего избирательного фонда, в том числе:
    а) исследования первичных платежных поручений жертвователей, представляемых в банк плательщика, а не в банк получателя;
    б) исследования сопроводительных писем к ним, в которых жертвователи сообщают о себе все сведения, предусмотренные законодательством о выборах - общие сведения для обычных расчетов и дополнительные сведения об аффилированности юридического лица и его участников, не предусмотренные обычной формой платежного поручения;
    в) законность и обоснованность указания дополнительных сведений о плательщике в графе "Назначение платежа", где, согласно здравому смыслу и закону должно быть указано лишь назначение платежа, включая ограничения (вносится ли пожертвование под условием использования на определенные цели или безусловно) и сведения об НДС, но никак не сведения о плательщике, для которых формой платежного поручения определены другие графы;
    г) установления правомерности направления писем непосредственно кандидату, а не через уполномоченное только на осуществление денежных переводов и безналичных взаиморасчетов отделение Сбербанка России;
    д) законность и обоснованность заверения писем жертвователей Нудному И.И. и Каширину П.И. именно принимающим, а не направляющим платежи 68-м отделением СБ РФ, на которое выполнение сугубо почтовых функций не возложено ни законом, ни уставом этой кредитной организации.
    Вместо исследования этих обстоятельств к материалам дела (л.д. 76) была приобщена справка о том, что на 15 час. 14.02.2003 г. в 68-м отделении Сбербанка России почему-то (банк – это не почта и не фельдъегерская связь) находились письма жертвователей кандидатов Нудного И.И. и Каширина П.И. На основании этих сведений суд и сделал свой безосновательный вывод о том, что решение Комиссии о признании пожертвований в избирательный фонд Шишкарева С.Н. незаконными, а потому и недействительными – правомерно. При этом первичные платежные документы от самого кандидата судом не истребовались и не исследовались, а доводы, которыми он располагал и располагает, в нарушение требований п. 2 ст. 12 ГПК РФ, не стали предметом судебного разбирательства.
    3.2.4. В нарушение требований пп.1) п. 1 ст. 343 ГПК РФ копия кассационной жалобы Повалий С.А. не была направлена Шишкареву С.Н.; не поступало в его адрес или его представителю никаких, включая телефонных, сообщений о подаче кассационной жалобы, о сроках направления возражений на нее и т.д. Узнав о кассационном обжаловании решения только накануне заседания кассационной инстанции, ни Шишкарев С.Н., ни его представитель не смогли должным образом использовать право на представление письменных возражений, предусмотренных ст. 344 ГПК РФ. Ввиду полного пренебрежения судами принципами состязательности и равноправия, заинтересованная сторона фактически была лишена возможности подготовиться к рассмотрению кассационной жалобы надлежащим образом.
    13.03.2003 г., при рассмотрении дела кассационной инстанцией, ни председательствующий судья Одинцов В.В., ни докладывавшая дело судья Гордейчук Е.Б., ни прокурор Майорова О.П. не смогли разъяснить каким образом находившееся по состоянию на окончание рабочего дня 11.03.2003 г. в Октябрьском райсуде г. Новороссийска дело № 2-447-03 к моменту рассмотрения кассационной жалобы Повалий С.А. оказалось в краевом суде; при том, что ни канцелярия районного, ни экспедиция краевого суда на момент истечения 5-дневного срока обжалования (11.03.2003 г.) не располагали какими-либо сведениями о подаче Повалий С.А. кассационной жалобы и направлении судьей Гончаровой Л.С. дела в суд кассационной инстанции. Обстоятельства нарушения порядка подачи кассационной жалобы, включая отсутствие доказательств уплаты госпошлины по ней, а также пренебрежения судьей Гончаровой Л.С. требованиями ст. 343 ГПК РФ при ее получении (обязательное направление копий жалобы другим участникам, предоставление им срока для подачи возражений, проверка уплаты пошлины и т.д.) – не объясняет и определение кассационной инстанции суда. В нем все эти обстоятельства почему-то оказались опущены, видимо, в силу признания их краевым судом и прокуратурой края "несущественными" процессуальными нарушениями.
    Скрупулезно переписав доводы представителей Заявителя и Ответчика из решения первой инстанции, суд кассационной инстанции не удосужился, не только проверить решение в полном объеме (хотя бы ввиду отсутствия письменных возражений со стороны заинтересованного лица и странных обстоятельств появления дела в кассационной инстанции, оглашенных в заседании), но и проверить:
    1) обоснованность мнения суда о том, что активное избирательное право кандидата Нудного И.И., включая право на внесение его в список избирателей или исправлений в этом списке, на получение и использование бюллетеня для голосования, на голосование, включая досрочное, за зарегистрированных кандидатов или против всех кандидатов, на получение информации о ходе и об итогах выборов, на агитацию за или против кого-либо из кандидатов - нарушены решением Комиссии об отказе в регистрации его конкурента в пассивном избирательном праве Шишкарева С.Н. (ведь Нудной И.И., а равно и другие кандидаты, кроме Шишкарева С.Н., естественно, в обжалуемом решении никак не упоминаются; правам Нудного И.И. в этом решении не посвящено ни единого слова; а гипотетическое желание кандидата Нудного И.И. голосовать за незарегистрированного кандидата, по правилам избирательного законодательства подлежит реализации посредством голосованием против всех кандидатов, и ему в этом обжалуемое решение никак не препятствовало);
    2) правомерность заявленных суду намерений Нудного И.И. голосовать сразу за двух незарегистрированных кандидатов (оба дела пересматривались одним и тем же составом судей, которые, рассматривая дело об отказе в регистрации Шишкареву С.Н., не могли не знать, что в обоснование требований Нудного И.И. по другому делу Повалий С.А. было заявлено нарушение права ее доверителя проголосовать не за себя, как зарегистрированного кандидата на ту же должность, а за другого своего соперника – незарегистрированного кандидата Заиченко И.В.);
    3) обоснованность принятия судом несоразмерных заявленному требованию мер по обеспечению иска (п. 3 ст. 140 ГПК РФ), законность их применения в отсутствие заявления (ст. 139 ГПК РФ), а также целесообразность их сохранения до вступления решения в законную силу (неизвестно на какую именно легитимную целесообразность указывал суд в своем решении; ведь ссылки на ст. ст. 140 и 144 ГПК РФ, содержащие лишь описание этих мер, заявленную судом целесообразность не раскрывают);
    4) законность и обоснованность проведения Комиссией скоропалительной экспертизы в краевом учреждении, минуя новороссийских экспертов и предложенных представителем Шишкарева С.Н. экспертов Минюста России в ЮФО или иных, не подверженных влиянию краевых властей специалистов, законность использования внутреннего документа ЭКУ ГУВД края в качестве экспертизы, которая может быть назначена только судом (ст. 79 ГПК РФ), а равно законность самого решения Комиссии о заверении утвержденной ею формы подписного листа печатью относительно различных редакций п. 3 ст. 18 (но никак не п. 5 ст. 19 краевого Закона "О выборах ..." - как то указано в судебных постановлениях), и обоснованность доводов встречных экспертных исследований, проведенных по инициативе Шишкарева С.Н. в защиту своих избирательных прав независимыми от краевых властей экспертами;
    5) обоснованность отказа в регистрации Шишкарева С.Н. по залогу, если при том же состоянии финансовых документов были зарегистрированы Нудной И.И. и Каширин П.И., а равно законность проведения Комиссией кулуарной проверки финансовых документов кандидата, минуя правила осуществления такого контроля, установленные требованиями п. 13 ст. 59 ФЗ, обоснованность прямого отказа Комиссии от рассмотрения оправдательных документов, и, соответственно, - законность решения суда о том, что, при таких обстоятельствах отказывая Шишкареву С.Н. в регистрации Комиссией, каким-то образом, все же были соблюдены принципы и нормы избирательного права, включая правила о равенстве кандидатов, о принятии Комиссией только тех решений, которые предусмотрены ее компетенцией и совершения ею организационных и контрольных действий исключительно в порядке и на условиях, предусмотренных законом, - как того требует статус органа власти правового государства.
    В отношении рассмотрения дела кассационной инстанцией суда необходимо добавить, что мнение независимых экспертов, а равно первичные финансовые документы и сопроводительные письма к ним, которыми, ввиду отказа Комиссии и уклонения первой инстанции суда от их рассмотрения, располагает только незарегистрированный кандидат – так и не стали предметом судебного исследования в кассационной инстанции. Однако, данное обстоятельство, имеющее все признаки существенного для правильного рассмотрения и разрешения дела, не помешало краевому суду в вынесенном им определении сослаться на нюансы отказа Шишкареву С.Н. в регистрации, как по подписям, так и по залогу.
    Не объясняет кассационное определение и вывод суда о том, что: ссылка прокурора и представителя заинтересованного лица на ст. 220 ГПК РФ не основана на законе – то ли указанная норма для судьи Гончаровой Л.С. уже не закон, то ли сославшиеся на нее участники процесса в силу каких-то иных, не предусмотренных законом правил не вправе или не должны были этого делать? Прокурор выполнял свои служебные обязанности в этом деле; представитель Шишкарева С.Н. в рамках закона отстаивал право своего доверителя самостоятельно и выбранным им способом защищать свои права. Из чего же при таких обстоятельствах следует вывод суда о том, что ссылка двух участников дела на одну и ту же норму закона на законе не основана, остается невыясненным. Ведь представитель действительно заинтересованного в отмене решения Комиссии незарегистрированного кандидата неоднократно и во всех инстанциях суда указывал на то, что его доверителем избран иной, внесудебный порядок, защиты своих прав, и заявления Повалий С.А., принимаемые и рассматриваемые судом в нарушение требований ст. 3 ГПК РФ, п. 2 ст. 45 Конституции РФ и п. 9 ст. 75 ФЗ, лишь препятствуют его доверителю в реализации этого права. Однако ни одна из инстанций суда не рассмотрела этот довод по существу, проигнорировала его, не исполнив тем самым основных задач гражданского судопроизводства, изложенных в ст. 2 ГПК РФ.
    3.2.5. При описанных выше обстоятельствах 17.03.2003 г. в адрес, как Президиума, так и Председателя краевого суда (п. 2 ст. 383 ГПК РФ) была направлена надзорная жалоба. Судья Сибятуллова Л.В., рассмотревшая 20.03.2003 г. поступившую накануне жалобу, не посчитала описанные выше нарушения норм материального и процессуального права существенными и достаточными для передачи дела № 44г-662 в Президиум суда.
    Утверждая в своем определении о правомерности обращения Нудного И.И. в суд за защитой своих избирательных прав, судья надзорной инстанции, так же как и предыдущие судьи, рассматривавшие дело, не смогла четко определить, какое же избирательное право было нарушено решением Комиссии; в чем именно заключается это нарушение, позволяющее судам говорить о том, что у Нудного И.И., действительно, возникло право на обращение в суд. Вместо этого – вновь только общие цитаты закона о праве на защиту.
    В то же время не было дано никакой оценки процессуального положения Шишкарева С.Н. при всех судебных разбирательствах отказа ему, не Нудному И.И., в регистрации.
    Ссылаясь на п. 5 ст. 19 краевого Закона, судья безосновательно игнорирует и то, что эта норма адресована только тем кандидатам, которые выдвигаются избирательными блоками или объединениями (но никак не кандидатам, осуществляющим самовыдвижение), и то, что она полностью не соответствует Федеральному закону. Выше, в п. 2.2., уже указывалось на то, что в отношении самовыдвигающихся кандидатов краевой законодатель требование о заверении подписных листов печатью Комиссии отменил еще в марте 2000 г. Федеральный же закон такого требования и вовсе не содержит. Не вытекает обоснованность данного требования и из положений п. 5 ст. 37 ФЗ, на которые ссылается суд в обоснование своих выводов. Наоборот, исходя из буквы этой нормы и духа закона какие-либо дополнительные обременения, по недоразумению еще сохранившиеся в законодательстве субъектов РФ (в частности – в п. 5 ст. 19 краевого закона), - не могут быть признаны соответствующими общим правилам ст. 33 ФЗ об уведомительном характере процедуры выдвижения кандидатов. И, если исходить из действительного смысла уведомительного характера процедуры выдвижения, то рудименты п. 5 ст. 19 краевого Закона следует признать не соответствующими федеральному законодательству о выборах, а потому и не подлежащими применению с момента вступления в силу Федерального закона.
    Безоснователен и вывод судьи о том, что: "Полномочия эксперта судом проверялись и заключение эксперта ЭКУ ГУВД Краснодарского края ни заявителем Повалий С.А., действующей в интересах Нудного И.И., ни представителем Шишкарева С.Н. в судебном заседании не оспаривались". Это мнение не соответствует ни действительности, ни материалам дела. Ведь какая-либо легитимная экспертиза, должная проводиться по правилам гражданского судопроизводства, не назначалась ни одной из судебных инстанций - в материалах дела отсутствуют акты, хотя бы отдаленно напоминающие определение суда о ее назначении (ст. 80 ГПК РФ). Неоднократно же заявлявшиеся в судебных заседаниях доводы представителя Шишкарева С.Н., о том, что безответственная внутренняя справка ЭКУ ГУВД края экспертизой, как таковой, не является и не может быть признана экспертным заключением уже в силу крайне сжатого ее содержания - большей частью остались за пределами описательной части судебных постановлений. Однако в протоколе судебного заседания (л.д. 106) осталось отмеченным несогласие представителя Шишкарева С.Н. с указанным заключением эксперта. Из каких оснований, при таких обстоятельствах дела, мог последовать вывод о наличии, как самого экспертного заключения, так и о законности и неоспоримости его возникновения – можно только догадываться; но в любом случае вытекает он не из материалов дела.
    При проверке обоснованности решения Комиссии в части отказа в регистрации по залогу, не менее безосновательно сделан и вывод о законности и обоснованности и этой части решения. При этом полностью был проигнорирован тот факт, что той же Комиссией и в то же время был зарегистрирован заявитель Нудной И.И., финансовые документы которого содержали нарушения, аналогичные тем, что Комиссия инкриминировала незарегистрированному кандидату. Однако и это обстоятельство не было расценено судом как существенное. Отразив в определении лишь нормы избирательного законодательства, посвященные формированию и использованию избирательных фондов кандидатов, да тщательно воспроизведя платежные данные жертвователей Шишкарева С.Н., полученные Комиссией от уполномоченного банка, - судья не сочла значимым дать оценку тому, что при осуществлении контроля над формированием и использованием избирательного фонда Шишкарева С.Н. соответствующая проверка была проведена Комиссией в тайне не только от самого кандидата и его представителей, но и от отдельных членов Комиссии с правом совещательного голоса; что в основании ее проведения не лежали какие-либо заявления о выявленных финансовых нарушениях (как это было в отношении зарегистрированных кандидатов Нудного И.И., Каширина П.И. и Синяговского В.И.); что при ее проведении Комиссией ни как не были соблюдены требования п. 13 ст. 59 ФЗ.
    Не увидел суд существенных нарушений ст. 12 ГПК РФ и в том, что судами первой и кассационной инстанций упорно не исследовались именно те доказательства правильности формирования своего избирательного фонда, которыми располагает Шишкарев С.Н., и которые (что не отрицается и заявителем Повалий С.А.) были отвергнуты Комиссией без какого-либо, хотя бы формального, прикосновения к ним.
    Не основанным на законе следует признать и вывод о том, что в пику обращения Нудного И.И. в суд, ни Шишкарев С.Н., ни его представитель в том же судебном порядке не заявили самостоятельных требований, а потому решение Комиссии правильно установлено судом как законное. Судом упущено то обстоятельство, что с момента возбуждения дела незарегистрированный кандидат, руководствуясь п. 2 ст. 45 Конституции РФ, настаивал на нечинении ему препятствий в защите своих прав во внесудебном порядке – обжалованием решения Комиссии в Крайизбирком, а затем и в Центризбирком. Указывая на явное злоупотребление правом со стороны Повалий С.А., которая вначале подвигла Комиссию на принятие противоправного решения об отказе Шишкареву С.Н. в регистрации по подписям, а накануне рассмотрения его жалобы Крайизбиркомом на отказное решение Комиссии – инициировала аналогичное судебное разбирательство в суде, - заинтересованная сторона по делу изначально заявляла, в частности, свое ходатайство (№ 2 от 04.03.2003 г.) об оставлении заявления Повалий С.А. без рассмотрения. Уже оказавшись втянутой в судебные разбирательства заинтересованная сторона стремилась рассмотрением и удовлетворением этого ходатайства расчистить себе путь к тому способу защиты, который был избран вопреки воле заявителя. И из того факта, что, будучи помимо своей воли втянутым в судебные тяжбы, Шишкарев С.Н. не проявил страстного желания играть по чужим правилам, вовсе не следует вывод о том, что Комиссия правильно отказа ему в регистрации. Но именно такая логика следует из определения суда.
    3.2.6. Аналогично ситуации с делом Заиченко И.В. отдельного внимания требует тот же совершенно формальный подход к тому, что прекратившие свое действие неправомерные, несоразмерные и безграмотные меры по обеспечению иска, ради которых, собственно, и возбуждалось и это дело, не могут служить основанием для отмены судебных постановлений, поскольку де эти меры себя исчерпали вступлением в силу определения кассационной инстанции. Согласно подобной логике любой судья может безнаказанно и безответственно выносить любые определения по любым основаниям, если только произвольно предпринимаемые ими противоправные меры прекращаются к моменту рассмотрения дела в надзорной инстанции. Тот факт, что запрет всем комиссиям всех уровней рассматривать любые обращения, прямо или косвенно связанные с защитой незарегистрированным кандидатом своего пассивного избирательного права вынесен с рядом грубейших нарушений норм как материального, так и процессуального права, и потому имеет все признаки судейского произвола – почему-то и в этом деле не представляется суду существенным.
    Исходя из предыдущего посыла о том, что решение суда правильно уже потому, что Шишкарев С.Н. упорно настаивал на внесудебной защите своих прав, притворная никчемность обеспечительных мер, запрещающих ему самому выбирать пути и способы защиты своих прав - вполне логична для тех, кому такая самодеятельность не по нутру. Но, представляется весьма сомнительным, что подобными выводами отказного определения надзорной инстанции, решаются задачи гражданского судопроизводства по формированию уважительного отношения к закону и суду (ст. 2 ГПК РФ).
    3.2.7. Не правилен и вывод о том, что Шишкарев С.Н. все же реализовал свое право на обжалование решения Комиссии в Крайизбирком, а потому изложенные в надзорной жалобе доводы не могут повлечь за собой отмены судебного постановления.
    Тот факт, что в результате произвольных определений-запретов, безосновательных судебных разбирательств и противоправных, крайне предвзятых решений избирательных комиссий (например, отказ Крайизбиркома в отмене решения Комиссии первоначально был принят во исполнение решения суда, в котором Крайизбирком формального участия не принимал и которому это решение не адресовалось), имевших место в рамках уже нового избирательного и процессуального законодательства, и приведших к тому, что один из наиболее реальных претендентов оказался лишен возможности не только быть избранным, но и на равных условиях с другими кандидатами защищать свое пассивное избирательное право, – не представляется суду достаточным основанием для отмены ранее вынесенных судебных решений и признания решения Комиссии незаконным – указывает лишь на то, что вынося определение об отказе судья не только крайне предвзято отнеслась к рассмотрению жалобы, не исследовала изложенные в ней доводы по существу, но и полностью проигнорировала практико-формирующее значение данного дела для предстоящих выборов Госдумы и Президента России.
    В результате незаконных судебных решений, безосновательно признавших решение Комиссии об отказе в регистрации кандидату Шишкареву С.Н. законным и обоснованным, предусмотренное ст. 4 ФЗ пассивное избирательное право и этого кандидата быть избранным - оказалось безнаказанно попрано. Продемонстрированные же судами края неоднократные и грубые нарушения основных положений гражданско-процессуального законодательства послужили основанием для подачи 31.03.2003 г. повторной надзорной жалобы в адрес Председателя краевого суда в порядке п. 2 ст. 383 ГПК РФ. По факту прогнозируемого повторного отказа в рассмотрении дела по существу, отмене судебных постановлений и признании решения Комиссии об отказе в регистрации Шишкареву С.Н. не законным, - надзорная жалоба будет направлена в независимый от краевых властей Верховный суд РФ.
    3.3. Очевидно, что правильное и своевременное рассмотрение этих дел не являлось той задачей, которую ставили перед собой судьи, как при приеме решение о рассмотрении списанных Повалий С.А. у незарегистрированных кандидатов заявлений, так и о рассмотрении впоследствии возникшей из ниоткуда кассационной жалобы.
    3.3.1. В основе обоих скоропалительно сверстанных дел было вынесение определений об обеспечении исков, которыми еще до какого-либо рассмотрения напрочь исключался альтернативный (внесудебный) порядок защиты кандидатами своих неимущественных (избирательных) прав. Противоестественные публичным (избирательным) правоотношениям сугубо имущественные меры по обеспечению иска, были не только приняты судьями в крайне несоразмерном объеме, но и с грубейшим нарушением правил п. 9 ст. 75 ФЗ о порядке рассмотрения аналогичных жалоб одного и того же заявителя судом и избирательной комиссией.
    3.3.2. Не обоснованным является и отказ судей пригласить в судебное заседание зарегистрированного кандидата Нудного И.И., чьи личные избирательные права, как следует из заявлений его представителя, якобы были нарушены отказом ВИК в регистрации его конкурентов. При том, что ни представитель заявителя, ни представитель ВИК не могли толком объяснить какое время проживает Нудной И.И. в городе, включен ли он в список избирателей, кто и каким образом препятствует ему в проведении агитации и совершении иных действий, а судья Гончарова Л.С. откровенно призналась, что его не смогли найти при подготовке дела, - тем не менее, суд счел возможным рассмотреть заявления о нарушении его личных неимущественных прав без его личного участия, не взирая на возражения заинтересованных лиц и прокуратуры.
    3.3.3. Осознавая, что, прикрываясь именем Нудного И.И., жительница г. Краснодара Повалий С.А. попросту злоупотребляет правом, манипулирует его нормами для того, чтобы вопрос о причинах и основаниях отказа в регистрации кандидатов Шишкарева С.Н. и Заиченко И.В. не вышел за пределы юрисдикции избирательных и судебных органов края, - судьи пренебрегли своим федеральным статусом и своими неправосудными решениями сделали все возможное для дискредитации судов общей юрисдикции не только в глазах втянутых в судебные разбирательства незарегистрированных кандидатов лиц, но и всех избирателей, у которых факт рьяного противостояния исполнительной краевой власти кандидатам-новороссийцам не вызывает ни сомнений, ни симпатий.
    3.3.4. Федеральные судьи, рассматривавшие эти дела, уже в силу своего статуса обязанные быть вне политики, очевидно, оказались не только втянутыми в сомнительные избирательные технологии, примененные на выборах в городе-герое Новороссийске, но и приняли в их реализации самое активное участие, вынося ситуативно-политические, а не правовые решения.
    4. Нарушения принципов и норм избирательного права Синяговским В.И., вылившиеся в проведении безальтернативной избирательной кампании этим кандидатом выражены в ниже перечисленных обстоятельствах.
    В отношении нарушений Синяговским В.И. принципов и норм избирательного права необходимо отметить, что избирательное законодательство не связывает наступление негативных последствий для кандидата, а равно и для итогов выборов, с наличием его личной вины в совершении таких нарушений.
    Так, например, за незаконное размещение накануне выборов в религиозной организации (приходе Свято-Успенского кафедрального собора г. Новороссийска) агитационного печатного материала Синяговского В.И. (изготовленного по его заказу и за счет средств его избирательного фонда плаката "Время строить и созидать") ответственность за не соблюдение норм и правил распространения таких материалов несет сам кандидат, вне зависимости от того, кто именно, действуя от его имени, или по его поручению или в порядке перепоручения нарушил требования пп. г) п. 7 ст. 48 и п. 1 ст. 49 Федерального закона.
    На ответственность именно кандидата за соблюдение требований, предъявляемых законом к агитации, указывает и п. 4 ст. 48 ФЗ, где предусмотрено, что кандидат самостоятельно определяет содержание, формы и методы своей агитации, проводит ее лично либо с привлечением иных лиц.

    4.1. То же относится и к несоблюдению ограничений, связанных с должностным или служебным положением кандидата, установленных ст. 40 Федерального закона.
    Норма, содержащаяся в п. 1 указанной статьи, устанавливает, что кандидат, замещающий муниципальную должность, не вправе использовать преимущества своего служебного положения, под которыми, согласно пп. а) п. 5 той же статьи следует понимать и привлечение государственных служащих к осуществлению в служебное время деятельности, способствующей выдвижению и (или) избранию кандидата. Выше, в п. 1.5.5., уже перечислялись наиболее значимые государственные служащие краевого ранга, участие которых в избирательной кампании Синяговского В.И., полностью подпадает под нарушение этим кандидатом ограничений, установленных пп. а) п. 5 ст. 40 ФЗ:
    4.1.1 Общеизвестно, что кандидат Синяговский В.И. замещал муниципальную должность Главы города – исполнял его обязанности;
    4.1.2. Перечисленные в п. 1.5.5. госслужащие и их подчиненные были откомандированы в Новороссийск (что следует из данных, предоставленных ими при вселении в гостиничный комплекс "Новороссийск"), следовательно, они находились в служебное время и при исполнении своих обязанностей;
    4.1.3. Управленческая, организационно-распорядительная деятельность этих лиц способствовала выдвижению и избранию Синяговского В.И. - это следует из:
    1) агитационных выступлений Ткачева А.Н. в поддержку Синяговского В.И. и против его конкурентов на выборах в телеэфире перед и во время избирательной кампании (см. п. 1.5.4.);
    2) выступления Ахеджака М.К. 21.01.2003 г. на телеканале "Новая Россия" в передаче "Актуальный репортаж" (см. п. 1.5.4.);
    3) участия Ю.А. Бурлачко в работе Комиссии, который не только контролировал принятие ею решений, но и активно выступал в прениях при рассмотрении нарушений, совершавшихся Синяговским В.И. и краевыми СМИ в ходе кампании;
    4) деятельности Золиной Г.Д., руководившей пресс-службой администрации города;
    5) деятельности Токарева И.В., обеспечивавшего в Новороссийске взаимодействие краевых властей с органами местного самоуправления;
    6) публиковавшихся сотрудниками ГУ "Краснодарских краевой фонд социологических исследований" предвыборных электоральных исследований о лидерстве Синяговского В.И.;
    7) организационных действий Васина С.Л., направленных на найм агитаторов для Синяговского В.И.
    4.1.4. Со стороны Синяговского В.И., как во время избирательной кампании, так и по ее окончанию, в адрес Губернатора края и других государственных служащих, способствовавших его избранию, не поступало никаких возражений или заявлений с требованиями прекратить нарушения ограничений, связанных с его должностным положением; не заявлялись такие требования в избирательные комиссии или в суд. Следовательно, нарушения требований ст. 40 ФЗ осуществлялись госслужащими при полном попустительстве со стороны этого кандидата, замещавшего муниципальную должность.
    4.1.5. В резолютивной части п. 1.6. уже указывалось, что о поддержке своей кандидатуры во время выборной кампании со стороны Губернатора края, а равно об особой ценности этой поддержки признался и сам Синяговский В.И. в своем публичном ответе на вопрос о результатах выборов. Со стороны Губернатора края это заявление Синяговского В.И. не было ни опровергнуто, ни обжаловано, ни каким-либо иным образом опротестовано. Следовательно об этом участии краевых госслужащих в своей избирательной кампании Синяговский В.И. не только знал, но желал благоприятных для себя последствий такого участия.
    4.1.6. Использование преимуществ должностного положения Синяговского В.И. имело неоднократный (агитация, управление, консультирование, защита, исследования, вербовка) и продолжительный (более 2-х месяцев) характер. Оно осуществлялось умышленно группой (не менее 7 человек) высокопоставленных госслужащих краевого ранга – Губернатора, его заместителя, Вице-губернатора, начальника и заместителя начальника управления, руководителя госучреждения и его заместителя.
    Эти квалификационные признаки указывают как на множественность, так и на существенность совершенных в пользу Синяговского В.И. нарушений.
    В свою очередь требования п. г) п. 2 ст. 77 ФЗ предусматривают в качестве основания для отмены результатов выборов разовое нарушение ограничений, связанных с должностным или служебным положением победившего кандидата, если это единичное нарушение все же усомневает действительную волю избирателей, выраженную ими при голосовании.
    Следовательно, неоднократность и разнообразность этих нарушений, совершенных наиболее высокопоставленными в крае государственными служащими, де-юре, не позволяет выявить действительную волю избирателей.

    4.2. Помимо безосновательного отказа в регистрации кандидатам-новороссийцам и, в первую очередь, известному и популярному среди избирателей города депутату Госдумы Шишкареву С.Н., а также - незаконного использования Синяговским В.И. преимуществ своего должностного положения, - не менее значительное влияние на формирование волеизъявления избирателей оказала тотальная предвыборная агитация за этого кандидата и против кандидатов-новороссийцев, проводившаяся через подконтрольные исполнительным органам власти края печатные и телерадиовещательные СМИ, в том числе – за установленными законом пределами избирательной кампании.
    4.2.1. К досрочной предвыборной агитации следует отнести уже упоминавшиеся публичные заявления Губернатора края о назначении Синяговского В.И. исполняющим обязанности Главы города и его перспективах на предстоящих выборах, поскольку эти заявления подпадают под определения предвыборной агитации, предусмотренные п. 2 ст. 48 Федерального закона.
    В частности, заявление Губернатора: "... Я убежден, что Синяговский справится с должностью. Именно эта кандидатура будет консолидирующей, определяющей, объединяющей все политические элиты города и края. ... И такой мэр очень нужен." - подпадает под описание возможных последствий избрания предлагаемого Губернатором кандидата (пп. в) и распространение информации с явным преобладанием сведений о своем протеже (пп. г). Следующее высказывание: "Буду участвовать очень мощно и в поддержке, и в определении и помощи новороссийцам, кому отдать предпочтение. И буду подсказывать и буду рядом..." – подпадает под призывы голосовать за предлагаемого Губернатором кандидата (пп. а), а также под выражение предпочтения в отношении этого кандидата (пп. б).
    Описание этого события газетой "Новороссийский рабочий", опубликовавшей в своих номерах от 27.11.2002 г. и от 28.11.2002 г. статьи "Ставка на Синяговского: за и против" и "Власть по расчету" следующего содержания: "... губернатор Кубани Александр Ткачев будет рекомендовать городской Думе Новороссийска назначить временно исполняющим обязанности главы города Владимира Синяговского. .... При этом губернатор не скрывал, что видит в Синяговском не только кризисного управляющего, но и будущего главу Новороссийска. .... В рабочем кабинете губернатора кандидатура Синяговского была поддержана заместителями Ткачева..." – подпадает под деятельность, способствующую созданию положительного отношения избирателей к кандидату, предлагаемому им Губернатором края (пп. е) того же п. 2 ст. 48 ФЗ).
    При этом доводы Крайизбиркома, отказавшегося усмотреть в этих заявлениях незаконную предвыборную агитацию только на том основании, что они имели место до начала избирательной кампании и потому, якобы на основании абз. 1 п. 2 ст. 48 ФЗ, не могут быть признаны незаконной предвыборной агитацией - не выдерживают никакой критики и лишь демонстрируют либо недопонимание, либо неоправданно безмерное покровительство, оказываемое губернаторскому протеже Крайизбиркомом, наравне с Администрацией края.
    Так, требованиями п. 1 ст. 48 ФЗ установлено, что граждане и общественные объединения вправе проводить предвыборную агитацию в допускаемых законом формах и законными методами, - т.е. законную агитацию. Соответственно, незаконную агитацию, т.е. агитацию в формах, не предусмотренных законом и противоправными методами проводить нельзя. Этой же нормой определен и круг субъектов, которые вправе проводить предвыборную агитацию – только граждане и общественные объединения. Соответственно, государственные служащие в служебное время агитировать не имеют права, причем, вне зависимости от законности или незаконности используемых ими форм и методов предвыборной агитации.
    В соответствии с пп. 19 ст. 2 ФЗ под избирательной кампанией подразумевается деятельность, осуществляемая со дня опубликования решения уполномоченного на то государственного органа о назначении (проведении) выборов. Такое решение было принято и оглашено краевым судом 04.01.2003 г. Следовательно, с указанной даты допускается проведение законной агитации, но только теми субъектами, которые указаны в п. 1 ст. 48 ФЗ – гражданами и общественными объединениями.
    В то же время на существование законной и незаконной агитации указывает и понятие агитационного периода, данное в пп. 2) ст. 2 ФЗ, под которым, в частности, подразумевается период, в течение которого разрешается проводить предвыборную агитацию. Таким образом, агитацию, проводимую за пределами агитационного периода, тем более в служебное время государственным служащим категории "А" - следует признать незаконной.
    Крайизбирком же, следом за Комиссией признал такую агитацию попросту не существующей, безосновательно положив в обоснование своего вывода п. 2 ст. 48 ФЗ, где приведен лишь открытый перечень действий, которые в период избирательной кампании, безусловно, признаются предвыборной агитацией, кем бы (гражданами или общественными объединениями (п. 1 ст. 48 ФЗ)), и в какой бы форме (телевидение и радио (ст. 51 ФЗ), периодические печатные издания (ст. 52 ФЗ), массовые мероприятия (ст. 53 ФЗ) распространение агитационных печатных материалов (ст. 54 ФЗ)), - эти действия не осуществлялись.
    Крайне забавно при этом выглядит довод Комиссии, подхваченный Крайизбиркомом в его решении № 314 от 21.03.2003 г.: "... данное обращение губернатора Краснодарского края [о назначении Синяговского В.И. от 27-28.11.2002 г.] было обнародовано до момента опубликования даты выборов, т.е. до начала официального старта настоящей избирательной кампании и агитацией считаться не может."
    4.2.2. Кроме общего запрета на проведение предвыборной агитации до начала избирательной кампании, описанного выше в п. 4.2.1, законодателем установлены и специальные требования к порядку и условиям проведения предвыборной агитации уже непосредственно во время агитационного периода.
    Эти требования также не соблюдались ни печатными, ни телерадиовещательными подконтрольными или зависимыми от краевой исполнительной власти СМИ, активно проводившими предвыборную агитацию в целях избрания Синяговского В.И.; который, в свою очередь, видимо, подражая Губернатору края, об участии в предстоящих выборах заявил так же, как и Губернатор, до начала избирательной кампании – соответствующее интервью И.О. Главы города было опубликовано газетой "Новороссийский рабочий" еще 28.12.2002 г.
    Следовательно, еще до начала избирательной кампании Синяговский В.И. не только предполагал свое участие в выборах, но и совершал действия (давал интервью, дарил календари со своим изображением), имевшие целью побудить или побуждавшие избирателей голосовать за него (пп. ж) п. 2 ст. 48 ФЗ).
    С началом избирательной кампании деятельность СМИ по скрытой агитации за будущего кандидата, замещающего должность Главы города, значительно активизировалась. Только за период с 4.01.2003 г. по 4.02.2003 г. тем же "Новороссийским рабочим" было опубликовано 9 статей, посвященных успешной деятельности Синяговского В.И. на посту исполняющего обязанности Главы города. В то же время аналогичная информация о деятельности других претендентов, указанных в статье "Накануне" от 15.01.2003 г., на страницах этой газеты отсутствовала. Выражая предпочтение в отношении Синяговского В.И. (пп. б) п. 2 ст. 48 ФЗ) и распространяя информацию с явным преобладанием сведений о нем (пп. г) п. 2 ст. 48 ФЗ) газета "Новороссийский рабочий", безусловно, оказала существенное влияние на формирование предстоящего волеизъявления избирателей. Тем более что, как утверждает Крайизбирком в своем решении № 314 от 21.03.2003 г., с началом избирательной кампании ее тираж и условия распространения существенно изменились - шестой раз в неделю отобранные за предыдущие 5 дней материалы издаются спецвыпуском и бесплатно доставляются избирателям, не являющимся подписчиками этой газеты.
    Очевидно, что и сам Синяговский В.И. знал о факте и характере этих статей, так как помимо указанных агитационных материалов "Новороссийский рабочий" регулярно публиковал официальную информацию Администрации города о деятельности Синяговского В.И. в рубрике "Вертикаль власти". Соответственно, находящаяся в непосредственном подчинении у Синяговского В.И. пресс-служба Администрации города согласовывала публикуемые газетой материалы.
    В соответствии с требованиями п. 5 ст. 48 ФЗ расходы на проведение предвыборной агитации должны осуществляться исключительно за счет избирательного фонда кандидата, за которого осуществляется такая агитация. Сами агитационные материалы, во исполнение требований п. 6 ст. 53 ФЗ, должны содержать информацию о том, за счет избирательного фонда какого кандидата была произведена оплата их публикации. Эти требования исполнены не были.
    В то же время, исходя из официальных расценок, установленных самой газетой "Новороссийский рабочий" на размещение в ней политической рекламы, опубликование указанных статей должно было обойтись кандидату Синяговскому В.И. в сумму, не менее 350.000 руб. Бесплатное опубликование этих материалов исключается, как сугубо коммерческим характером организации, выступающей учредителем и издателем этой газеты, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ), так и ограничением субъектного состава предвыборной агитационной деятельности гражданами и общественными объединениями (п. 1 ст. 48 ФЗ). Однако сведениями о том, кем, когда и на каких основаниях оплачивалось опубликование предвыборных агитационных материалов в поддержку избрания Синяговского В.И. – Комиссия не располагает, а Крайизбирком, при рассмотрении соответствующей жалобы на нарушение Синяговским В.И. правил поведения предвыборной агитации через СМИ, призвав, в качестве экспертов специалистов тех же СМИ, которым инкриминировалось опубликование незаконной агитации за этого кандидата, и вовсе не признал эти публикации агитационным материалом, в том числе на основании того, что в них не были исполнены требования закона об указании исходных данных кандидата, оплатившего соответствующую публикацию.
    Абстрагируясь от предвзятого отношения Комиссии и Крайизбиркома к нарушениям, допущенным Синяговским В.И. при проведении своей агитации, необходимо отметить, что поскольку указанные 350.000 руб. не были перечислены "Новороссийскому рабочему" из избирательного фонда кандидата Синяговского В.И., постольку следует признать, что для оплаты этих публикаций им были использованы иные денежные средства, нежели те, которые поступили в его избирательный фонд для несения расходов на проведение предвыборной агитации (п. 5 ст. 48 ФЗ).
    Поскольку указанная сумма денежных средств, использованных помимо средств избирательного фонда Синяговского В.И. (350.000 руб.), составляет 70 % от предельного размера расходования средств избирательного фонда кандидата (500.000 руб.), постольку следует признать, что данное обстоятельство является самодостаточным и безусловным основание для отмены решения Комиссии о результатах выборов по пп. а) п. 2 ст. 77 Федерального закона.
    4.2.3. Те же нарушения - проведение скрытой предвыборной агитации, с использованием средств, помимо избирательного фонда кандидата Синяговского В.И., - совершались и с использованием телерадиокомпаний, подконтрольных исполнительным органам власти Краснодарского края: ЗАО "Новая Россия", в котором 50% акций принадлежит Администрации края), и государственные компании ГТРК "Кубань" и НТК ("Новое телевидение Кубани").
    Так, с начала избирательной кампании (04.01.2003 г.) по 25.02.2003 г. на каналах этих телекомпаний было показано 64 сюжета, так или иначе посвященных Синяговскому В.И., общей продолжительностью не менее 300 минут. С момента выдвижения Синяговского В.И. (04.02.2003 г.) по 25.02.2003 г. этими же телекомпаниями было показано 27 сюжетов, посвященных Синяговскому В.И., общей продолжительностью более 100 минут. Все эти сюжеты содержат практически все признаки предвыборной агитации, предусмотренные п. 2 ст. 48 Федерального закона:
    1) выражают предпочтение в отношение одного из кандидатов – пп. б);
    2) описывают возможные последствий его избрания или не избрания – пп. в);
    3) эта информация распространяется с явным преобладанием сведений об этом кандидате – пп. г);
    4) распространяемая о деятельности кандидата информация не связана с исполняемыми им служебными (должностными) обязанностями – пп. д) и не является осуществлением депутатом или Президентом РФ своих обязанностей перед избирателями - п. 6 ст. 40 ФЗ;
    5) является деятельностью, способствующей созданию положительного отношения избирателей к этому кандидату – пп. е).
    Помимо нарушения требований п. 5 ст. 48 ФЗ об осуществлении расходов на проведение предвыборной агитации исключительно за счет средств избирательного фонда кандидата, за которого осуществляется такая агитация, - преимущественный доступ к государственным СМИ в целях проведения предвыборной агитации за Синяговского В.И., совершавшийся публикацией предвыборных агитационных телесюжетов за Синяговского В.И., составляет самостоятельное правонарушение, относящееся к незаконному использованию преимуществ должностного или служебного положения (п. 5 ст. 40 ФЗ).
    Так же, как и при проведении агитации через газету "Новороссийский рабочий", сведениями о том, кем, когда и на каких основаниях оплачивались телесюжеты в поддержку избрания Синяговского В.И. – Комиссия не располагает. В свою очередь Крайизбирком, при рассмотрении соответствующей жалобы на нарушение Синяговским В.И. правил поведения предвыборной агитации через организации телерадиовещания, призвав, в качестве экспертов специалистов тех же ГТРК "Кубань" и НТК, которым инкриминировалось проведение незаконной агитации за Синяговского В.И., и вовсе не признал эти сюжеты агитационным материалом данного кандидата. По мнению Крайизбиркома, отраженному в его решении № 314 от 21.03.2003 г. эти "новостные блоки", подпадающие под 5 из 7 видов предвыборной агитации, предусмотренных п. 2 ст. 48 ФЗ, представляют собою лишь невинное информационное обслуживание населения о работе и деятельности исполнительных органов государственной[3] власти г. Новороссийска.
    Однако покровительственное отношение избирательных комиссий к предвыборной деятельности губернаторского протеже не отменяет требований п. 5 ст. 48, п. 2 ст. 49 ФЗ и последствий неисполнения этих требований, установленных пп. а) и пп. г) п. 2 ст. 77 ФЗ – отмены результатов выборов ввиду неправомерно финансирования победившим кандидатом своей избирательной кампании и использования им преимуществ своего служебного положения. В то же время необходимо добавить, что рассчитать действительный объем затрат, понесенных Синяговским В.И. или другими лицами в его интересах для проведения его предвыборной агитации на каналах указанных организаций телерадиовещания не представляется возможным, поскольку эти организации, в нарушение требований п. 6 ст. 50 ФЗ, не публиковали свои расценки на политическую рекламу в этой избирательной кампании.
    4.2.4. Еще одним направлением нарушений того же рода выступает значительное увеличение формата и тиража официального СМИ органов местного самоуправления г. Новороссийска, а также способа его распространения.
    До начала избирательной кампании издаваемая Администрацией и городской Думой Новороссийска газета "Новороссийские вести" публиковала в основном лишь решения городской Думы. Ее тираж не превышал 1.000 экземпляров, и распространялась она преимущественно учреждениям и организациям города; остающееся минимальное количество экземпляров поступало в свободную продажу.
    С началом избирательной кампании, характер, объем и направления деятельности муниципальной газеты существенно изменились:
    1) максимально возможное количество печатной площади стало использоваться для создания положительного отношения избирателей к Синяговскому В.И. опубликованием материалов об успешной деятельности Администрации города под личным руководством Синяговского В.И. на поприще улучшения жизни новороссийцев;
    2) информация о других кандидатах на ту же должность газетой не публиковалась;
    3) увеличился формат газеты, ее тираж вырос с 1.000 до 65.000 экземпляров;
    4) были изменены условия и направления ее реализации – помимо обычного распространения среди учреждений и организаций города, с началом кампании газета стала бесплатно распространяться и среди жителей г. Новороссийска.
    Таким образом, в целях проведения предвыборной агитации за Синяговского В.И. им были противоправно использованы преимущества своего должностного положения, выразившиеся не только в преимущественном, по сравнению с другими кандидатами, доступе к государственным телерадиокомпаниям (см. п. 4.2.3.), но и к муниципальным СМИ. О стоимости этого нарушения в денежном выражении можно только догадываться.
    Кроме того, что в соответствии со ст. 77 ФЗ данное нарушение является одним из оснований для отмены результатов выборов, необходимо напомнить, что норма, содержащаяся в пп. г) п. 2 той же статьи указывает на единичное нарушение ограничений, связанных с должностным или служебным положением выигравшего кандидата. В случае же с Синяговским В.И. это нарушение должностных ограничений носит множественный и продолжительный характер. В результате их совершения на протяжении всего предвыборного периода избирательной кампании на избирателей посредством СМИ осуществлялось значительное агитационное воздействие за Синяговского В.И. В отсутствие адекватной агитации за других кандидатов, в том числе за Шишкарева С.Н., являвшегося общепризнанным действительным соперником губернаторского протеже на этих выборах, следует признать, что незаконная агитация за Синяговского В.И. существенно повлияла на формирование волеизъявления избирателей.
    Следовательно, в ситуации фактической безальтернативности выбора и многочисленных злоупотреблений агитацией за одного кандидата не возможно выявить действительную волю избирателей – тот выбор, который они сделали бы в отсутствие незаконных решений Комиссии от отказе кандидатам–новороссийцам в продолжении их избирательных кампаний наравне с другими кандидатами, а также при надлежащем соблюдении победившим кандидатом требований и ограничений, установленных избирательным законодательством .
    4.2.5. Злоупотребления должностным положением осуществлялись Синяговским В.И. не только в форме скрытого финансирования агитационных публикаций и репортажей, преимущественного доступа к государственным и муниципальным СМИ, но и путем незаконного использования казенного имущества для осуществления деятельности, способствующей его выдвижению и избранию - пп. б) п. 5 ст. 40 ФЗ.
    Выше уже отмечалось, что о своем участии в предстоящих выборах Синяговский В.И. объявил еще до начала кампании - 28.12.2002 г. И уже через несколько дней - 31.01.2003 г. - в помещении администрации Центрального округа г. Новороссийска были собраны представители квартальных комитетов и комитетов общественного территориально самоуправления города для рекрутирования его агитаторов.
    Приглашение на встречу осуществлялось по телефону, звонившие представлялись сотрудниками администрации Центрального округа г. Новороссийска. Перед собравшимися выступали двое: сотрудник Государственного учреждения "Краснодарский краевой фонд социологических исследований" Васин С. Л.; второй представился сотрудником Администрации края без указания своей фамилии или инициалов. Они указали на то, что являются представителями кандидата Синяговского В.И., агитировали собравшихся проголосовать на выборах за представляемого ими кандидата, как за наиболее достойного из числа возможных кандидатов, а также предложили всем присутствующим поучаствовать в предвыборной агитации за Синяговского В.И.
    Помимо осуществления госслужащими досрочной агитации путем проведения массового мероприятия в помещении, занимаемом органом местного самоуправления (нарушения пп. а) и пп. б) п. 5 ст. 40, п. 1 и пп. б) п. 7 ст. 48, п. 6 ст. 53 ФЗ), приглашенным было также объявлено, что на каждый из 112-ти избирательных участков города планируется назначить по два-три агитатора. За участие в агитационной работе каждому агитатору было объявлено вознаграждение из расчета 3.000 руб. в месяц. Факт проведения описанной встречи подтверждается видеозаписью, в том числе опубликованной в телесюжете городского телевидения ("33 канал"), в отношении которого каких-либо опровержений со стороны Синяговского В.И. или возглавляемой им Администрации города не последовало. Имеются показания и очевидцев этой встречи.
    С другой стороны, в течение всей избирательной кампании агитационные печатные материалы за Синяговского В.И., как изготовленные и оплаченные им за счет средств своего избирательного фонда, так печатные СМИ, публиковавшие материалы, соответствующие предвыборной агитации за этого кандидата (п. 2 ст. 48 ФЗ), постоянно и повсеместно распространялись среди избирателей по месту их жительства (при обходах от двери к двери, помещением в почтовые ящики), на улицах города и при встречах кандидата с избирателями. Агитационные плакаты этого кандидата также были развешены на всех участках во всех доступных местах. Эти обстоятельства указывают на то, что обычные объемы работ агитаторами Синяговского В.И. осваивались, а их деятельность – оплачивалась как минимум в соответствии с предложенными условиями.
    Исходя же из официальных сроков проведения избирательной кампании Синяговского В.И. (около полутора месяцев) и заявленного количества агитаторов (более 200 человек), следует признать, что реальные расходы на привлечение агитаторов составили не менее 900.000 руб. (200 х 1,5 х 3.000 = 900.000).
    В силу все тех же правил п. 5 ст. 48 ФЗ эти расходы так же, как агитационные публикации и телесюжеты, подлежали осуществлению исключительно за счет избирательного фонда Синяговского В.И. Принимая же во внимание предельный размер избирательного фонда кандидата (500.000 руб.) следует признать, что только для привлечения агитаторов победившим кандидатом были фактически израсходованы денежные средства, более чем более на 80 % превышающие легитимный размер его избирательного фонда. Согласно требованиям пп. а) п. 2 ст. 77 ФЗ самодостаточным основанием для отмены результатов выборов является ненадлежащий расход или перерасход денежных средств в размере, превышающем 10 % от установленного законом предела.

    4.3. Наиболее доказуемые нарушения, допущенные Синяговским В.И. при финансировании своей избирательной кампании, описаны в предыдущем п. 4.2., поскольку действующее законодательство о выборах и традиционная пассивность граждан в вопросах ведения народного контроля над соблюдением кандидатами установленных законом требований и ограничений, - позволяют с определенной степенью достоверности выявить только те нарушения, которые поддаются фиксации в материале – на бумажных или электромагнитных носителях. Иные злоупотребления должностным положением, допущенные победившими кандидатами, но основанные, например, на свидетельских показаниях, практически не доказуемы уже в силу служебной зависимости лиц, организующих в органах власти и управления работу транспорта, средств связи, копирования и т.п., от победившего кандидата, какие бы нарушения им не были допущены для организации и достижения своей победы.
    4.3.1. Поэтому, возвращаясь еще раз к описанным уже нарушениям правил проведения предвыборной агитации и должностных ограничений, в контексте вопроса о не соблюдении победившим кандидатом требований к финансовой дисциплине кампании, следует подчеркнуть, что указанные выше, достаточно наглядные, доказуемые и потому вполне обоснованные нарушения со стороны Синяговского В.И. в денежном выражении в совокупности более чем вчетверо превысили предельный размер избирательного фонда кандидата. Закон же устанавливает в качестве самодостаточного основания для отмены результатов выборов 10-ти процентное превышение предельного размера фонда.
    4.3.2. В то же время на другой, более значимый объем скрытого финансирования избирательной кампании Синяговского В.И. указывает предоставленная Губернатором края накануне выборов финансовая помощь Новороссийску в объеме 300 млн. руб. Поскольку инициатива выделения этих средств исходила от краевых властей, и, к тому же об их выделении было заявлено Губернатором в самом начале избирательной кампании, проходившей с активнейшим участием его протеже, постольку имеются достаточные основания полагать, что предоставление и использование этих средств на благоустройство города осуществлялись исключительно в целях создания положительного отношения новороссийцев к Синяговскому В.И. – пп. е) п. 2 ст. 48 Федерального закона. Видимо в тех же целях в ходе кампании Новороссийск был одарен 10-ю троллейбусами с обворожительной надписью: "Новороссийцам от Губернатора Кубани".
    Демонстративным предоставлением этих средств и обильной рекламой в СМИ щедрости, проявленной Губернатором по отношению к новороссийцам, с самого начала кампании у избирателей умышленно формировался банальный ассоциативный ряд: деньгами в крае ведает ставленник батьки Кондрата - А. Ткачев, который под своего протеже В. Синяговского выделяет городу деньги и транспорт; поэтому, если проголосовать за его И.О., то краевые деньги в городе появятся, и из них что-нибудь в той или иной форме может перепасть и нам, простым смертным.
    Подобное "участие" в судьбе избирателей по правилам п. 2 ст. 56 ФЗ квалифицируется как подкуп избирателей, который, в свою очередь, согласно пп. б) п. 2 ст. 77 ФЗ – выступает одним из оснований для отмены результатов выборов. Второе основание, содержащееся в той же норме: "указанное нарушение не позволяет выявить действительную волю избирателей", - устанавливается как из значительного объема нарушений (более 300 млн. руб.), так и из их неоднократности (избирателям "подарены" и денежные и транспортные средства).
    4.3.3. Помимо финансовых злоупотреблений, совершенных Синяговским В.И. или в его интересах другими лицами на внешнем контуре его избирательной кампании, необходимо добавить, что такие же нарушения присущи и изготовлению агитационных печатных материалов внутри избирательного штаба этого кандидата. Его обращение "Время строить и созидать" было изготовлено не только по заниженным расценкам, но и с нарушениями требований п. 5 ст. 54 ФЗ о предоплате за счет средств избирательного фонда кандидата.
    Так, согласно экспертному заключению Новороссийской ТПП № 14/14 от 14.02.2003 г. изготовление наиболее дешевым типографским способом опросного листа формата А3 с двусторонней печатью тиражом 75.000 экземпляров по состоянию на указанную дату стоит 87.420 руб., в том числе 47.700 руб. составляет стоимость выполненной работы, куда включена и возможная 20 % скидка за многотиражность. Примечательно, что по сведениям Синяговского В.И., искренне воспринятыми Комиссией и Крайизбиркомом за достоверные, изготовлением этой продукции у себя на дому никогда не занимавшийся подобной деятельностью водитель Фролов В.И., не выдающийся к тому же среди других низкооплачиваемых работников значительными доходами или сбережениями, занимался на совершенно безвозмездной основе, оставив по праву заработанные им 47 тыс. руб. на нужды кандидата, знакомство с которым вряд ли носят характер давних и тесных связей, уже потому, что до недавнего прошлого Синяговский В.И. проживал в совершенно другом городе, да и их профессии никак не взаимосвязаны. По всей видимости, макет и компьютерную верстку этого опросного листа, включая формулирование и дифференциацию 94 вопросов по 13 темам, создание текста обращения кандидата, а также изготовление, подбор и размещение фотографии Синяговского В.И. осуществлял либо сам кандидат, либо тот же водитель Фролов В.И. все на той же безвозмездной основе.
    По оценке ТПП усредненная стоимость использованной для тиражирования бумаги составила в целом 39.000 руб. (0,52 х 75.000 = 39.000). По данным Синяговского В.И. – 150 пачек бумаги формата А3 марки "Sveto copy new" коммерческая организация ООО "Источник плюс" продала ему почти на 10 тыс. руб. дешевле - всего за 29.295 руб., т.е. на 25 % ниже ее рыночной стоимости. Комиссия и Крайизбирком согласились с доводами Синяговского В.И., при том, что требования пп. 4 п. 2, п. 3 ст. 40 НК РФ усомневают правильность применения цен и предполагают доначисление налога при отклонении цены более чем на 20 %.
    По сведениям Синяговского В.И. тиражирование осуществлялось указанным Фроловым В.И. на арендованном кандидатом у краснодарского "Центра развития ПТР" за 10.000 руб. копировальном оборудовании "Duplo DP 430". Видимо стоимость погрузочно-разгрузочных работ, транспортных расходов на перевозку оборудования из Краснодара в Новороссийск и обратно, а также расходы на наладку и техобслуживание этого оборудования Синяговский В.И., Комиссия и Крайизбирком сочли включенными в сумму аренды, хотя сам договор таких условий не содержит. Не оговорено в договоре и право кандидата передавать арендуемое им имущество в безвозмездное пользование Фролову В.И. (п. 2 ст. 615 ГК РФ).
    Так или иначе, но распространение отпечатанной Фроловым В.И. продукции началось с 09.02.2003 г. Это не отрицается и Комиссией и Крайизбиркомом. По данным финансовой отчетности Синяговского В.И. по состоянию на 05.02.2003 г. им было израсходовано всего 32.295 руб., в том числе 29.295 руб. на приобретение бумаги и 3.000 руб. на уплату аренды копира. К тому же моменту на специальном счете этого кандидата в уполномоченном банке были аккумулированы лишь 31.000 руб. взносов, состоящие из 21.000 руб. добровольных пожертвований 42 физических лиц, внесших по 500 руб. каждый, и 10.000 руб. личных средств, внесенных Синяговским В.И.. Очевидно, что этих средств явно недостаточно для покрытия произведенных кандидатом к тому моменту расходов (31.000 - 32.295 = - 1.295). Кроме того, в соответствии с п. 7 ст. 58 ФЗ при внесении своих пожертвований физические лица должны были указать информацию о гражданстве. Но, поскольку ни один из 42 жертвователей это требование не исполнил, то в соответствии с п. 9 ст. 58 и ФЗ внесенные ими 21.000 руб. подлежали возврату, а потому не могли быть законным образом использованы кандидатом, в том числе для оплаты им бумаги или внесения арендных платежей за копир. Поскольку пожертвование (дарение) регулируется большей частью нормами гражданского законодательства, постольку соответствующие требования избирательного законодательства корреспондируется и с положениями ст. ст. 167 и 168 ГК РФ о ничтожности сделки, не соответствующей закону, и об отсутствии юридических последствий у ничтожной сделки с момента ее совершения, кроме тех, которые связаны с ее недействительностью.
    Из вышеизложенного следует, что для изготовления своего опросного листа "Время строить и созидать" Синяговским В.И. также неправомерно были использованы денежные средства помимо тех, что находились на его избирательном счете на законных основаниях. К моменту рассмотрения вопроса о его регистрации объем финансовых нарушений, связанных с изготовлением только этого агитационного печатного материала, был достаточным для рассмотрения Комиссией вопроса об отказе в регистрации.
    На момент подачи (20.02.2003 г.) в Комиссию жалобы о финансовых нарушениях со стороны Синяговского В.И., требовавшей, в силу правил пп. з) п. 23 ст. 38 ФЗ, своего рассмотрения до принятия решения о регистрации кандидатов, находившиеся в Комиссии документы кандидата Синяговского В.И. содержали лишь фрагмент (вторую страницу) договора аренды. В этом обосновании платежей были предусмотрены, но никак не были определены ни объект аренды, без которого договор считается не заключенным (п. 3 ст. 607 ГК РФ), ни срок аренды, который также должен быть определен договором (п. 1 ст. 610 ГК РФ). Подписи сторон под этим "документом" отсутствовали.
    Жалоба, рассмотрение которой истребовалось заявителем до рассмотрения вопроса о регистрации Синяговского В.И., поскольку при надлежащем ее рассмотрении влекла рассмотрение вопроса об отказе в таковой, фактически была рассмотрена Комиссией много позже, чем принятие решения о регистрации этого кандидата - только 27.02.2003 г.
    К тому времени Комиссия уже располагала не только выверенным и подписанным сторонами договором аренды, но и другими документами, позволяющими принять ей решение об отказе в удовлетворении жалобы, направленной против нарушений, допущенных Синяговским В.И.
    Примечательно, что вслед за Комиссией, Крайизбирком, так же предвзято рассмотревший жалобу на те же финансовые нарушения со стороны Синяговского В.И., согласился с доводами его представителя о себестоимости изготовления экземпляра опросного листа, установленной не Торгово-промышленной палатой г. Новороссийска, действующей в месте изготовления этой печатной продукции, а неким ООО "ЦентрПРОФИ", находящимся в г. Краснодаре и имеющим крайне отдаленное отношение к такого рода экспертизам.
    Приоритет краснодарского ООО перед новороссийской ТПП в глазах Крайизбиркома, очевидно, объясняется выводами краснодарских специалистов. Определенная ими себестоимость единицы продукции в размере 0,065руб. против 0,87руб. – это более чем весомый аргумент в пользу общества с ограниченной ответственностью.
    Показательно и полное игнорирование Крайизбиркомом замечаний о повсеместном нарушении жертвователями требований п. 7 ст. 58 ФЗ в части указания информации о гражданстве физического лица. Принимая свое постановление, члены комиссии удовлетворились единым мнением о бездоказательности этого утверждения.
    Вместе с тем, единодушно встав на защиту интересов губернаторского протеже, Крайизбирком проигнорировал тот, факт, что проблема с указанием информации о гражданстве при заполнении соответствующих формуляров, используемых Сбербанком РФ, действительно существует. Утвержденная приказом МФ РФ № 59н от 28.06.2000 г. квитанция Ф.31 не соответствует требованиям избирательного законодательства, поскольку, помимо строки для указания фамилии, имени и отчества жертвователя, не содержит места для внесения сведений ни о гражданстве, ни о дате рождения, ни о месте жительства, ни о серии и номере паспорта или заменяющего его документа. Вся эта информация, кроме информации о гражданстве, остается только в ведении банка. У жертвователя, а, следовательно, и у кандидата, несущего всю ответственность за правильную оценку и соответствующее применение поступивших ему пожертвований, доказательства надлежащего исполнения его жертвователями требований п. 7 ст. 58 ФЗ не остаются. К тому же де-юре остается не исполнимым требование об указании информации о гражданстве, даже при том, что де-факто Сбербанки России принимают такие пожертвования только по предъявлению внутреннего паспорта Советского или Российского образца, но удостоверяющего гражданство жертвователя. Используемые некоторыми жертвователями и кандидатами ухищрения в виде оформления сопроводительных писем к квитанциям о внесении добровольного пожертвования, с формально-правовой точки зрения, проблему указания информации о гражданстве, как и доказывание указания иных сведений – не решают.











    5. Деструктуризация конституционного принципа разделения и разграничения властей, выразившаяся в нарушении исполнительными органами государственной власти субъекта РФ полномочий населения самостоятельно избирать единоличный исполнительный орган местного самоуправления.

    5.1. Согласно ст. 12 Конституции в РФ признается и гарантируется местное самоуправление, являющееся одним из проявлений народовластия и предполагающее самостоятельную деятельность населения по решению вопросов местного значения, исходя из интересов этого населения, исторических и иных местных традиций. Эти основы конституционного строя РФ отражены и в уставе Краснодарского края (ст. 76 Устава). Из установленной Конституцией самостоятельности полномочий местного самоуправления, вытекает и принцип исключения его органов из системы органов государственной власти, как федеральных, так и субъектных. Базовым основанием самостоятельного статуса органов местного самоуправления выступают положения ст. 3 Конституции, устанавливающие, что носителем суверенитета и единственным источником власти является народ, выражающий свою власть непосредственно свободными выборами и через формируемы им органы местного самоуправления.
    Исходя из самостоятельного статуса местного самоуправления, гарантии его существования и развития, предоставляемые со стороны органов власти субъекта РФ не вправе носить довлеющее значение. Соответственно, содействие в осуществлении права на местное самоуправление, оказываемое населению г. Новороссийска со стороны Администрации края, в порядке реализации ст. 79 краевого Устава, не должно подменять само осуществление права путем свободных выборов Главы г. Новороссийска.
    Однако именно такое вмешательство в полномочия новороссийцев было продемонстрировано на прошедших выборах и нашло свое отражение в парламентском запросе.
    Помимо нарушений демократических принципов и норм избирательного права со стороны Комиссии, Крайизбиркома, Октябрьского районного суда г. Новороссийска и Краснодарского краевого суда, следует признать незаконным и вмешательство исполнительных органов государственной власти края в местный избирательный процесс. Как уже указывалось выше это вмешательство осуществлялось:
    1) лоббированием Губернатором края на место исполняющего обязанности Главы г. Новороссийска Синяговского В.И., в отношении которого были приостановлены уголовные дела по фактам злоупотребления должностным положением и расхищения бюджетных средств;
    2) агитацией, проводимой Губернатором и Вице-Губернатором края через подконтрольные им СМИ за предложенного кандидата, с запугиванием избирателей террористическими актами, якобы, проводимыми противниками этого кандидата;
    3) скрытым финансированием избирательной кампании Синяговского В.И. за счет краевых бюджетных средств, привлечением этих средств для косвенного подкупа избирателей;
    4) осуществлением в свое служебное время высокопоставленными должностными лицами краевого уровня (Администрации и Крайизбиркома) в муниципальном образовании г. Новороссийск на протяжении всего избирательного процесса местного уровня деятельности, способствовавшей избранию Синяговского В.И.
    Факт вмешательства следует из того обстоятельства, что ни органы местного самоуправления (городская Дума, Администрация города), ни непосредственно население не обращались к Губернатору края и другим госслужащим краевой Администрации, к Законодательному собранию и его депутатам, в суд за какой-либо помощью в осуществлении агитации за Синяговского В.И. или за разъяснениями о том, кого им следует выбрать Главой своего города. Наоборот, инициатором этих предложений и рекомендаций избирателям еще до назначения выборов выступил возглавляющий исполнительную государственную власть края Глава администрации - Губернатор.
    Следовательно, вся эта деятельность, лишь прикрываемая тезисами об исполнении органами государственной власти края уставных задач по созданию необходимых правовых, организационных, материально-финансовых условий для становления и развития местного самоуправления и оказанию содействия населению в осуществлении права на местное самоуправление (ст. 79 краевого Устава), фактически была направлена на достижение такого волеизъявления избирателей, которое соответствует пожеланиям Губернатора. Однако, не допустив к участию в выборах давнего политического оппонента Синяговского В.И., кандидатов-новороссийцев, и, в первую очередь известного избирателям федерального политика – депутата Госдумы Шишкарева С.Н., краевые организаторы местного избирательного процесса лишили население г. Новороссийска реального выбора между сопоставимыми кандидатами. Отсутствие же возможности осуществления населением подлинно демократического выбора не позволяет выявить действительную волю избирателей, установленную требованиями пп. б), пп. в), пп г) п. 2, п. 3 и п. 4) ст. 77 ФЗ как одно из условий отмены результатов выборов.
    5.2. Примечательно, что избирательная кампания в г. Новороссийске проходила в условиях, когда исполнительной властью края организация управления другими ее ветвями – представительной, в том числе избирательных органов (Комиссия, Крайизбирком), судебной и 4-й (информационной) – на уровне Краснодарского края была уже успешно завершена.
    В связи с этим общеизвестным фактом можно предположить, что в контексте предстоящих думских и президентских выборов в Новороссийске, по сути, был проведен эксперимент по подчинению оставшейся неподконтрольной губернаторам части федеральных представительных органов: Совет Федерации уже формируется губернаторами как самостоятельно, так и через повсеместно подконтрольные им законодательные органы субъектов; в значительной степени независимой от исполнительных органов субъектов Федерации остается пока лишь Госдума.
    Поэтому выборы в Новороссийске более походили на публичный спор Губернатора с депутатом Госдумы, нежели на выборы мэра, пусть даже стратегически и экономически важного, но все же города краевого подчинения. Из этого противостояния можно сделать вывод о том, что фактически в Новороссийске отрабатывались техники реализации притязаний исполнительной власти субъекта Федерации на еще не окученную ею федеральную представительную власть, в том числе путем неадекватного применения нового Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав...", а также и ГПК РФ, ввиду самоустранения Центризбиркома и, соответственно, нижестоящих избирательных комиссий, от осуществления действительно государственного контроля над избирательным процессом на любом уровне.
    К сожалению, нынешний УК РФ не содержит такого специального состава как преступление против основ конституционного строя. Ближайшая к нему ст. 286 (превышение должностных полномочий), входящая в главу антиконституционных преступлений – все же не выражает в полной мере тех деяний, которые были совершены в городе-герое Новороссийске в попрание конституционных принципов народовластия и самостоятельности полномочий местного самоуправления.
    23.03. 16.04.2003 г.


    Олег Гаврюшенко
    digestus@mail.ru


    [1] Здесь и далее под Федеральным законом или ФЗ подразумевается Федеральный закон № 67-ФЗ от 12.07.2002 г. "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан "Российской Федерации" в действующей редакции.
    [2] Далее - краевой Закон "О выборах... глав...", либо: краевой Закон "О выборах...", либо: краевой Закон.
    [3] Оговорка Крайизбиркома о наличии у г. Новороссийска именно государственных органов исполнительной власти безудержно отсылает к З. Фрейду и психоанализу действительной мотивации, как этого мнения, так и решения комиссии в целом.




    Визы в китай оформить документы на визу. | продажа гидроцилиндров


    [Начало][Партнерство][Семинары][Материалы][Каталог][Конференция][О ЮрКлубе][Обратная связь][Карта]
    http://www.yurclub.ru * Designed by YurClub © 1998 - 2011 ЮрКлуб © Иллюстрации - Лидия Широнина (ЁжЫки СтАя)


    Rambler's Top100 Яндекс цитирования
    Перепечатка материалов возможна с обязательным указанием ссылки на местонахождение материала на сайте ЮрКлуба и ссылкой на www.yurclub.ru