Международное право
ЮрКлуб - Виртуальный Клуб Юристов
МЕНЮ> Международное право

Новости
НП ЮрКлуб
ЮрВики
Материалы
  • Административное право
  • Арбитражное право
  • Банковское право
  • Бухучет
  • Валютное право
  • Военное право
  • Гражданское право, коммерческое право
  • Избирательное право
  • Международное право, МЧП
  • Налоговое право
  • Общая теория права
  • Охрана природы, экология
  • Журнал "Право: Теория и Практика"
  • Предприятия и организации, предприниматели
  • Соцсфера
  • Статьи из эж-ЮРИСТ
  • Страхование
  • Таможенное право
  • Уголовное право, уголовный процесс
  • Юмор
  • Разное
  • Добавить материал
  • Семинары
    ПО для Юристов
    Книги new
    Каталог юристов
    Конференция
    ЮрЧат
    Фотогалерея
    О ЮрКлубе
    Гостевая книга
    Обратная связь
    Карта сайта
    Реклама на ЮрКлубе



    РАССЫЛКИ

    Подписка на рассылки:

    Новые семинары
    Новости ЮрКлуба


     
    Партнеры


    РЕКЛАМА



    Реклама на ЮрКлубе





    Добавлено: 07.11.2010


    ОБЪЕМ ПОНЯТИЯ «ВОЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ» (ТЕЗИСЫ)

     

    Магомедов Марад Шейхмагомедович,

    выпускник юридического факультета Южного федерального университета
    (бывшего Ростовского государственного университета)

     

    Как известно, одной из основных целей международного гуманитарного права (МГП) является пресечение и наказание совершения серьезных нарушений (военных преступлений). Международный уголовный Трибунал по бывшей Югославии (МУТЮ) в решении по делу Купрешкича отметил, что нормы о запрете совершения военных преступлений относятся к числу императивный норм общего международного права – норм juscogens (ICTY, Kupreskic case, Judgement, 14.1.2000, § 520). Однако МУТЮ оставил открытым вопрос о конкретном перечне данных запретов.

     

    Наиболее полным списком военных преступлений можно считать ст. 8 Римского Статута Международного уголовного суда (Статут МУС). Как верно отмечается в юридической литературе, объединение всех составов военных преступлений в одной статье Римского Статута (ст. 8) представляет собой существенный шаг в развитии МГП (Махниборода И. М. Роль Статута Международного уголовного суда в механизме имплементации норм МГП // Московский журнал международного права. 2005. № 3).

     

    Однако остается без ответа вопрос о том, можно ли считать все положения ст. 8 Статута МУС обычно-правовыми нормами (при разработке Статута МУС указывалось, что ст. 8 Статута МУС носит обычно-правовой характер (Report of the Preparatory Committee on the Establishment of ICC, 1996)), а также нормамиjus cogens. Ответ становится менее очевидным, если учитывать, что иногда под сомнение ставится квалификация определенных действий или бездействий как военных преступлений (John B.Bellinger, III,William J.Haynes II. A US government response to the International Committee of the Red Cross study Customary International Humanitarian Law // International Review of Red Cross. June 2007 Vol. 89 No 866). Кроме того, отчет Комитета по учреждению МУС не может считаться источником обязательств государств по международному праву.

     

    В ситуации отсутствия на международно-правовом уровне единого унифицированного перечня военных преступлений, который обладал бы юридической силой для всех без исключения государств, следует руководствоваться правилом о том, что объем понятия «военные преступления» различается (порой существенно) в свете критериев rationesituationis и rationepersonae (в последнем случае имеются ввиду государства, которые участвуют или не участвуют в конкретном международном договоре, содержащим нормы МГП).

     

    Критерий rationesituationis: объем понятия «военные преступления» в рамках международного вооруженного конфликта (МВК) и вооруженного конфликта немеждународного характера (НВК) различен. Даже если признать, что в ситуации НВК определенные деяния могут быть квалифицированны как военные преступления, нужно констатировать, что договорный массив МГП, применяемый в НВК, значительно уступает массиву договорных норм, которые действуют в МВК. На практике получается, что одно и то же деяние в одной ситуации будет наказываться как военное преступление (с соответствующими правовыми последствиями, в частности, универсальной юрисдикцией), а в другой оставаться за пределами правовой реакции со стороны МГП.

     

    Критерий rarionepersonae: в четырех Женевских Конвенциях 1949 года (ст. 23, 25, 27 и 28) определенные деяния квалифицируются как военные преступления. Данные нормы можно рассматривать как часть обычного международного права (по причине почти всеобщей ратификации и отсутствия официальных возражений со стороны государств). Соответственно, составы военных преступлений из перечня, обозначенного в Женевских Конвенциях 1949 года, можно считать включенные в объем понятия «военные преступления», который принят на уровне мирового сообщества и обязателен для всех государств в рамках МВК. Однако того же нельзя сказать в отношении ст. 11 и 85 Дополнительного протокола I (ДП I) и ст. 8 Статута МУС в связи с тем, что данные документы не получили достаточного уровня ратификаций, для того, чтобы считаться общепризнанными. Иными словами, в силу правила о международных договорах и третьих лицах (pacta tertiis nес nocent nес prosunt) в объем понятия «военные преступления» входят составы, указанные в ст. 11 и 85 ДП I и ст. 8 Статута МУС, лишь в случае, когда данный международные договоры обязательны (в силу ратификации, присоединения и т.п.) для соответствующих государств.

     










    [Начало][Партнерство][Семинары][Материалы][Каталог][Конференция][О ЮрКлубе][Обратная связь][Карта]
    http://www.yurclub.ru * Designed by YurClub © 1998 - 2011 ЮрКлуб © Иллюстрации - Лидия Широнина (ЁжЫки СтАя)


    Rambler's Top100 Яндекс цитирования
    Перепечатка материалов возможна с обязательным указанием ссылки на местонахождение материала на сайте ЮрКлуба и ссылкой на www.yurclub.ru