Уголовное законодательство
ЮрКлуб - Виртуальный Клуб Юристов
МЕНЮ> Уголовное законодательство

Новости
НП ЮрКлуб
ЮрВики
Материалы
  • Административное право
  • Арбитражное право
  • Банковское право
  • Бухучет
  • Валютное право
  • Военное право
  • Гражданское право, коммерческое право
  • Избирательное право
  • Международное право, МЧП
  • Налоговое право
  • Общая теория права
  • Охрана природы, экология
  • Журнал "Право: Теория и Практика"
  • Предприятия и организации, предприниматели
  • Соцсфера
  • Статьи из эж-ЮРИСТ
  • Страхование
  • Таможенное право
  • Уголовное право, уголовный процесс
  • Юмор
  • Разное
  • Добавить материал
  • Семинары
    ПО для Юристов
    Книги new
    Каталог юристов
    Конференция
    ЮрЧат
    Фотогалерея
    О ЮрКлубе
    Гостевая книга
    Обратная связь
    Карта сайта
    Реклама на ЮрКлубе



    РАССЫЛКИ

    Подписка на рассылки:

    Новые семинары
    Новости ЮрКлуба


     
    Партнеры


    РЕКЛАМА



    Реклама на ЮрКлубе





    Добавлено 28.07.2000

    Работники государственных предприятий
    не могут быть признаны субъектами получения взятки по новому уголовному законодательству


            В соответствии с приговором Самарского областного суда от 27 июля 1996 года, (решение кассационной инстанции состоялось 15 мая 1997 года), начальник службы контейнерных перевозок и коммерческой работы Управления Куйбышевской железной дороги Менчик Ю.В., признан виновным в получении 15 июля 1992 года взятки от Мерзликина при посредничестве Скворцова и Романенко за переадресовку вагонов с топливом при следующих обстоятельствах.
            13 июля 1992 года Мерзликин поручил Скворцову организовать переадресовку цистерн со ст. Безымянка Куйбышевской железной дороги на ст. Бортничи Юго-Западной железной дороги для МП "Смак". Для этого передал Скворцову письмо ТОО "Ладья" № 146 от 13 июля 1992 года на переадресовку бензина и бутылку коньяка "Наполеон" для вручения начальнику службы грузовой и коммерческой работы Управления Куйбышевской железной дороги Менчику за оформление приказа на переадресовку. В тот же день Скворцов с данным письмом обратился к Менчику, который принял Скворцова в своем служебном кабинете Управления, расположенного на территории Железнодорожного района города Самары. Решив, что переадресовывается одна цистерна, Менчик завизировал письмо № 146 с указанием инженеру службы оформить переадресовку, после чего получил от Скворцова бутылку коньяка в виде взятки. С подписанным письмом Скворцов зашел в кабинет инженера службы Курамшиной для дальнейшего оформления переадресовки. Курамшина, узнав, что переадресовывается 18 цистерн, предложила Скворцову указать в письме номера всех 18-ти цистерн, что Скворцов и сделал. Менчик, увидев в письме номера 18-ти цистерн, без каких-либо законных оснований, с целью получения взятки в большем размере, в переадресовке отказал, вернул Скворцову коньяк, заявив, что вагоны будут стоять до тех пор, пока "Ладья" не разорится, а письмо оставил у себя. Скворцов доложил о случившемся Мерзликину, который в присутствии Смаглия заявил: "Не взял бутылку коньяка, возьмет 100 тысяч".
            14 июля 1992 года в присутствии Троицкого и Черешнева Мерзликин передал Скворцову в своем кабинете 100 тыс. рублей для передачи Менчику в качестве взятки за оформление приказа на переадресовку 18-ти цистерн. Скворцов, будучи в дружеских отношениях с заместителем начальника Самарского отделения Куйбышевской железной дороги Романенко, в этот же день попросил его помочь в переадресовке цистерн и передать деньги Менчику. Романенко, используя свое знакомство и доступ к Менчику, действуя в интересах Мерзликина, взял деньги у Скворцова и в тот же день позвонил Менчику и попросил его положительно решить вопрос с переадресовкой цистерн в адрес МП "Смак". Менчик, пользуясь служебным положением, действуя в интересах дающего взятку Мерзликина, по тому же письму "Ладьи" от 13 июля 1992 года дал указание инженеру службы Курамшиной о переадресовке 18-ти цистерн, после чего в 14 часов 14 июля 1992 года был передан приказ № МО-74/1904 на переадресовку 18-ти цистерн.
            15 июля 1992 года, утром, Романенко пришел в служебный кабинет Менчика в здании Управления железной дороги и передал ему 100 тыс. рублей в качестве взятки, сказав, что деньги за переадресовку цистерн. Менчик принял деньги. В этот же день, то есть 15 июля 1992 года, он лично беспрепятственно подписал очередное письмо ТОО "Ладья" на переадресовку груза.
            Полагаю, что уголовный закон к Менчику Ю.В. применен неправильно.
            
    В соответствии с примечанием к ст. 170 УК РСФСР к числу субъектов должностных преступлений наряду с представителями власти действительно относились лица, занимавшие должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных обязанностей в государственных или общественных учреждениях, организациях или на предприятиях.
            Согласно же примечаниям к ст. 285 УК РФ, вступившего в силу на момент рассмотрения дела кассационной инстанцией, под должностными стали пониматься наряду с представителями власти лица, выполняющие организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственных органах, в органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях.
            Предприятия,
    таким образом, были исключены законодателем из числа мест работы, где бы могли заниматься субъектами получения взяток должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных или административно- хозяйственных функций. В соответствии с новым уголовным законом должностные лица-субъекты получения взятки, могут трудиться только в государственных органах, в органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях.
            Как установил суд, Менчик работал на Куйбышевской железной дороге.
            Согласно ст. 2 Закона СССР от 15 апреля 1991 года "О железнодорожном транспорте", который действовал на момент вменения ему в 1992 году преступных действий, железные дороги были определены как государственные союзные предприятия. Как государственное предприятие, относящееся к федеральной собственности, была определена железная дорога и пунктом 1 Типового Устава железной дороги Министерства путей сообщения Российской Федерации, утвержденного Министром путей сообщения Российской Федерации 24 июня 1992 года № ЦУШ-38.
            В соответствии с ч.1 ст. 4 действовавшего в 1992 году Закона РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности" в первой редакции от 25.12.90 года №445-1, предприятие в 1992 году определялось как самостоятельный хозяйствующий субъект, созданный в порядке, установленном этим законом, для производства продукции, выполнения работ и оказания услуг в целях удовлетворения общественных потребностей и получения прибыли.
            Таким образом, при рассмотрении дела 15 мая 1997 года в кассационном порядке, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, раз уж она пришла к выводу о доказанности вмененных Менчику действий, обязана была обратиться к ст. 10 введенного в действие с 1 января 1997 года Уголовного кодекса Российской Федерации. При этом следовало не переквалифицировать содеянное на ст. 290 ч. 1 УК РФ, а учесть изменения в уголовном законодательстве, определиться с правовым статусом места работы Менчика, и прекратить дело за отсутствием в его действиях состава преступления, поскольку новым уголовным законом, в отличие от старого, не признаются посягающими на интересы государственной службы преступлением- получением взятки, действия каких-либо лиц управленческого персонала, работающих на государственных предприятиях.
            Соответственно, должно было быть прекращено за отсутствием в действиях состава преступления дело и в отношении Романенко В.М. со Скворцовым В.А.
            Ничего не меняло в этом смысле и то обстоятельство, что железные дороги в соответствии с п. 3 Положения о Министерстве путей сообщения, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 31 марта 1992 года № 203, входили в систему органа государственного управления железнодорожным транспортом, каковым признано Министерство путей сообщения (МПС) Российской Федерации, поскольку Управление Куйбышевской железной дорогой, в котором и работал Менчик начальником службы контейнерных перевозок и коммерческой работы, являлось не более, чем структурным подразделением государственного предприятия- Куйбышевской железной дороги.
            Государственным учреждением или организацией Управление Куйбышевской железной дороги не являлось, поскольку в соответствии со ст.ст. 23-25 действовавшего по состоянию на июль 1992 года Гражданского кодекса РСФСР, учреждениями или организациями могли быть признаны только юридические лица, состоящие на государственном бюджете, имеющие самостоятельную смету и действующее на основании устава (положения). В цепочке, состоящей из МПС и Куйбышевской железной дороги, юридическими лицами были только МПС и только железная дорога. Последняя была определена упоминавшимися нормативными актами в качестве юридического лица не как государственное учреждение, а как государственное предприятие.
    В отношении МПС, как о юридическом лице, сказано в п. 4 Положения о Министерстве путей сообщения Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 марта 1992 года №203. В отношении железной дороги- в п. 4 ст.6 Закона РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности" от 25 декабря 1990 года №445-1, согласно которому государственное предприятие является юридическим лицом, имеет собственное наименование с указанием организационно-правовой формы предприятия. О статусе железной дороги, как юридического лица, сказано и в п. 4 упомянутого Типового Устава железной дороги.
    При этом следует иметь в виду, что когда действительно необходимо, законодатель идет на то, чтобы признавать юридическими лицами управления (отделы) федерального государственного органа. Например, в соответствии с ч. 1 ст. 1 Федерального закона РФ от 8 января 1998 года №7-Ф3 "О судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации", судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации определен как федеральный государственный орган, а согласно ч.2 ст. 2 этого же закона, управления (отделы) Судебного департамента в субъектах Российской Федерации, являются юридическими лицами.
    Указанная законодательная практика дает дополнительные аргументы к тому, чтобы не признавать по состоянию на 15 июля 1992 года Управление Куйбышевской железной дороги государственным учреждением и как следствие этого- местом работы субъекта получения взятки, которым может быть служащий государственного учреждения.
    При этом следует попутно заметить, что уже после 15 июля 1992 года- даты якобы полученной Менчиком взятки, а также к моменту рассмотрения дела в кассационной инстанции (15 мая 1997 года), действующее законодательство обогатилось новыми понятиями, которые были восприняты и новым уголовным законодательством.
    В частности,         в соответствии со ст. 2 пришедшего на смену упоминавшемуся Закону СССР и действующего и поныне Федерального закона Российской Федерации от 25 августа 1995 года № 153-Ф3 "О федеральном железнодорожном транспорте", железная дорога определена как государственное унитарное предприятие железнодорожного транспорта.
            Согласно ст. 113 ГК РФ (часть первая), принятого 30 ноября 1994 года, унитарным предприятием признается коммерческая организация...
            Новым УК РФ, в ч. 3 ст. 204, предусмотрена ответственность за коммерческий подкуп, то есть за незаконное получение денег лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации.
    Несмотря на наличие указанных законодательных новелл, оснований для переквалификации действий Менчика и на ч. 3 ст. 204 УК РФ также не имеется, поскольку такого преступления в 1992 году, на момент вменения ему упоминавшихся уже действий, в УК РСФСР не было.
    В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.
    Действовавший в 1992 году уголовный закон вообще не знал таких понятий, как коммерческий подкуп и коммерческая организация. Последнее понятие впервые было введено в правоотношения только в 1994 году, с принятием части первой нового ГК РФ, а состав преступления в виде коммерческого подкупа, появился в УК РФ только с 1 января 1997 года.
    Таким образом, ч. 3 ст. 204 УК РФ является уголовным законом, устанавливающим преступность деяния, и в соответствии со ст. 10 вновь принятого УК РФ, указанный закон обратной силы иметь не может.
            Подтверждает точку зрения о невозможности переквалификации деяния Менчика судебной надзорной инстанцией на ч. 3 ст. 204 УК РФ и то обстоятельство, что Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 9 своего постановлении от 29 апреля 1996 года № 1 "О судебном приговоре", считает существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам всякое изменение формулировки обвинения. В качестве примера изменения формулировки обвинения Пленум привел вменение преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства.
            
    Очевидно, что объектом посягательства преступления- получения взятки, как по старому, так и по новому закону, были государственная власть и интересы государственной службы. Различие заключается лишь в том, что работа на государственном предприятии в соответствии с новым уголовным законодательством перестала считаться государственной службой, поскольку предприятия исключены законодателем из числа мест работы субъектов должностных преступлений. Противоправные деяния лиц, находящихся в правоотношениях с предприятиями, отнесены законодателем к преступлениям, посягающим на интересы службы в коммерческих организациях. При таких обстоятельствах вменение преступления, которое посягало бы на интересы службы в коммерческих организациях, будет существенно отличающимся от первоначального по фактическим обстоятельствам. Такой переквалификацией было бы нарушено право Менчика, Скворцова и Романенко на защиту, поскольку они не имели возможности защищаться от обвинения в посягательстве на интересы службы в коммерческих организациях, так как им не вменялось органами предварительного следствия преступление, которое посягало бы на указанный объект, равно как и самого такого объекта посягательства не было в уголовном законодательстве того времени.
            С учетом приведенных аргументов представляется ошибочной имеющаяся судебная практика, согласно которой субъектами получения взяток признаются директора государственных и муниципальных предприятий.
            Так, например, в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за 2 квартал 1998 года опубликована информация по делу Устинова (определение №93-097-17).
            Как указано в обзоре, директор муниципального предприятия жилищно-коммунального хозяйства поселка при осуждении за получение двух взяток признан субъектом должностного преступления. Доводы кассационной жалобы о том, что предприятие жилищно-коммунального хозяйства по своему правовому статусу является коммерческой организацией, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ, не признаны состоятельными. Как указано в определении- согласно Уставу предприятия жилищно-коммунального хозяйства, зарегистрированному и утвержденному в установленном законом порядке, указанное предприятие по своей организационно-правовой форме является муниципальным, поставлено на учет в Государственной налоговой инспекции по району и включено в Государственный реестр налогоплательщиков с кодом формы собственности 14- муниципальная собственность.
            Ошибочность судебной позиции, занятой по этому и другим подобным делам, заключается в том, что в основу принимаемых решений кладутся характеризующие субъектов должностных преступлений признаки, которые не предусмотрены уголовным законом (примечаниями к ст.285 УК РФ). А именно- принадлежность предприятия, на котором трудится взяткополучатель, к той или иной форме собственности. При этом, в нарушение требований ч. 3 ст. 346 УПК РСФСР, согласно которой уголовный закон должен применяться в соответствии с его точным смыслом, игнорируется, что предприятия вообще не значатся в указанных примечаниях к ст. 285 УК РФ в числе мест работы взяткополучателей.
    В указанных примечаниях при характеристике субъектов должностных преступлений существенными и обязательными являются только признаки, указывающие на характер выполняемых ими функций (функций представителей власти или организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций), а также на строго ограниченные организационно-правовые формы субъектов правоотношений, где эти функции выполняются (государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения, Вооруженные Силы Российской Федерации, другие войска и воинские формирования Российской Армии).
    Таким образом, в приведенных случаях, когда к ответственности за должностные преступления привлекались работники государственных и муниципальных предприятий, можно вести речь о применении судами уголовного закона вопреки его точному смыслу, по аналогии, что прямо запрещено частью 2 статьи 3 действующего Уголовного Кодекса Российской Федерации.

    Адвокат Московской коллегии адвокатов
    "Адвокатская Палата" О.В.Назаров







    [Начало][Партнерство][Семинары][Материалы][Каталог][Конференция][О ЮрКлубе][Обратная связь][Карта]
    http://www.yurclub.ru * Designed by YurClub © 1998 - 2011 ЮрКлуб © Иллюстрации - Лидия Широнина (ЁжЫки СтАя)


    Rambler's Top100 Яндекс цитирования
    Перепечатка материалов возможна с обязательным указанием ссылки на местонахождение материала на сайте ЮрКлуба и ссылкой на www.yurclub.ru